Свет и мрак Иосифа Сталина. Психологический портрет

По указу Верховного Главнокомандующего Сталина началось перебазирование промышленных предприятий и людей на восток. «Это была великая, не знавшая себе равных, эпопея героического труда», – писал политический и общественный деятель, позже секретарь Московского комитета партии Виктор Васильевич Гришин. В восточных районах не хватало заводов, и станки работали под открытым небом. «Люди сутками не покидали рабочих мест, трудились, как солдаты в бою», – писал почетный железнодорожник А. Кривоносов. Такой трудовой подъем захватил всю страну.

Понятие «тыла» стало относительным, так как вчерашний тыл на другой день уже становился линией фронта. Фронтовики писали: «Мы не были готовы к войне, и немцы уничтожали почти беззащитных людей». Не у всех выдерживали нервы, и молоденькие солдаты, вчерашние ученики, «убегали от пулеметного огня». Комиссар народного ополчения Д.Ф. Медведев писал в воспоминаниях: «Пришлось бежать за ними с наганом и кричать „Вернитесь!“. Немецкая авиация нас бомбила, танки давили людей, а у нас против танков бутылки с горючей смесью и больше ничего. Людей хороших у нас много было, досадно, что оружия не было. Если бы были противотанковые средства, то эти люди делали бы чудеса, а бутылки – это комариный укус против силы».

Одним энтузиазмом врага нельзя было одолеть, нужна была боевая техника, которую теперь в ходе войны пришлось готовить в спешном порядке. Командующий немецкими армиями «Центр» генерал Бок докладывал Гитлеру: «Советские войска на грани краха». А советские воины продолжали показывать образцы мужества. У разъезда Дубосеково 28 гвардейцев из стрелковой дивизии генерала И.В. Панфилова на Волоколамском шоссе четыре часа сдерживали натиск врага, не допуская его к Москве. О последних словах политрука В.Г. Клочкова узнала вся страна: «Велика Россия, а отступать некуда, позади Москва, будем стоять насмерть». И они выстояли, не допустили врага к Москве на своем участке фронта. Но какой ценой! В живых осталось только пять израненных, истекавших кровью бойцов. Выжили трое: Кужебергенов, Шемякин и Трофимов.

Советская армия продолжала отступать вглубь страны, готовясь к «большому прыжку», о котором писал философ Ницше.

Глава 10 Личность Гитлера

Не делай зла: вернется бумерангом.

Омар Хайям

Кто же был тот субъект, который «стоя на высоте» (выражение Ницше), обрекал на уничтожение почти полмира? «Имя этого человека с ужасом и проклятиями повторяют миллионы людей до сих пор», – писал о немецком диктаторе Адольфе Гитлере отечественный историк и политолог Лев Александрович Безыменский.

30 января 1933 года в Германии к власти пришел член национал-социалистической партии, отставной ефрейтор Адольф Гитлер. Не знали тогда жители этой европейской страны, какую роковую роль он сыграет в их судьбе. Восхождение к вершине власти сына мелкого чиновника, Алоиза Шикльгрубера, жителя небольшого немецкого городка, поменявшего в 1876 году фамилию на Гитлера (Л. Безыменский), было почти фантастическим.

На особенностях развития личности Гитлера сказалось кровосмешение: отец был женат на близкой родственнице – своей двоюродной сестре. Давно известно, что от браков между близкими родственниками в 80 % рождаются дети, неполноценные в физическом отношении или с отклонениями в умственном развитии. В раннем детстве Адольф Гитлер развивался, видимо, нормально, так как никто из его современников не писал о каких-либо отклонениях у него в эти годы.

Во время учебы в школе, как следует из разных исторических источников, Адольф отличался недостаточной усидчивостью, склонностью к конфликтам, желанием выделиться из общей массы школьников, «был самонадеянным, невыдержанным спорщиком, давал аффективные реакции, со склонностью к истерии» («Экспедиция в гениальность», 2013).

Один из его учителей, Эдуард Хюмер, вспоминал: «Адольф был способным учеником, но ему не хватало самоконтроля и выдержки, он не подчинялся школьной дисциплине». Уже в эти годы Адольф Гитлер не терпел возражений. На замечания даже не очень резкие отвечал истерическими реакциями. В старших классах понял, что среди его учителей «мало эрудированных, больше невежественных, умственно неполноценных, лишенных способности самостоятельно мыслить», которые не могут повлиять на его умственное развитие. Посчитав, что самообразованием он получит больше знаний и добьется достойного положения в обществе, Адольф оставил школу и уехал в Вену – один из крупнейших городов Европы. Об этом периоде жизни у него сохранились самые мрачные воспоминания. Считая себя незаурядным художником, он дважды пытался поступить в художественное училище. Оба раза потерпел неудачу. Оставшись не у дел, жил на небольшое пособие из дома и случайные заработки, выполняя работу то дворника, то носильщика, то сторожа. Несмотря на нищету, занимался самообразованием, много читал, стал изучать труды немецких философов – Фридриха Ницше и Фихте.