Свет земной любви. История жизни Матери Марии – Елизаветы Кузьминой-Караваевой

Гости у нее бывали часто. Нас с братом вызывали тогда из детской. Я всегда должна была с чувством декламировать Жуковского. Стихов я этих сейчас не помню, только последние строчки остались у меня в памяти: «О Родина святая, какое сердце не дрожит, тебя благословляя».

К ближайшим друзьям бабушки (ходили слухи, что к бывшим возлюбленным, но Лиза, конечно, не знала об этом) принадлежал и Константин Петрович Победоносцев, обер-прокурор Синода, весьма известная личность того времени. Жил он напротив Елизаветы Александровны, окно в окно. По вечерам даже можно было наблюдать, как двигаются какие-то фигуры у него в кабинете.

...

Дружба бабушки с ним была длительная. Как Победоносцев впервые появился при дворе Глены Павловны в качестве молодого и многообещающего человека, так в бабушкином представлении он и до старости был молодым человеком. Я не помню, что их вообще связывало, бабушка ни к какой политике интереса не чувствовала. Думаю, что просто были они оба старой гвардией, которой становилось все меньше и меньше. Советов Победоносцева бабушка очень слушалась. Однажды она захотела поступить в монастырь. Победоносцев, посвященный в этот ее план, восстал!

– Помилуйте, Елизавета Александровна, чем Вы не по-монашески живете? Вы себе и не представляете, какой ужас наши монастыри! Ханжество, мелочность, сплетни, ссоры! Вам там не место!

Победоносцев страстно любил детей – знатных и незнатных, любых национальностей, мальчиков и девочек, вне всяких отношений с их родителями. А дети платили ему настоящим обожанием. Лиза не помнила в своем детстве другого человека, который бы так внимательно и искренне умел заинтересоваться ее детскими интересами. Она очень любила Константина Петровича и считала своим самым настоящим другом.

...

Мне, наверное, было лет пять, когда он впервые увидел меня у бабушки. Я сделала книксен (присела), появившись в гостиной, прочла с чувством какие-то стихи и расположилась около бабушки на диване, чтобы по заведенному порядку молчать и слушать, что говорят взрослые. Но молчать не пришлось, потому что Победоносцев начал меня расспрашивать. Сначала я стеснялась немного, но очень скоро почувствовала, что он всерьез интересуется моим миром, и разговор стал совсем непринужденным. Уехав, он прислал мне куклу, книжки английские с картинками и приглашение бабушке приехать со мной поскорее в гости. Мы поехали… Бабушка вообще пешком по улицам не ходила… В гости к Победоносцеву, живущему напротив, ездила так: садилась в карету, доезжала до Владимирского собора, там поворачивали и подъезжали к Победоносцеву подъезду.

Пока бабушка проводила время с женой Победоносцева – величественной, красивой и еще молодой женщиной Екатериной Александровной, Лиза пила чай с хозяином дома.

Однажды он повел Лизу в свой рабочий кабинет. Там было много народа: огромная, толстая монашенка, какой-то архиерей, важные чиновники и генералы. Лиза не помнила, какие вопросы они ей задавали и что она отвечала, но все время у нее было сознание, что она со своим другом, и все это понимают, и это вполне естественно, что такой взрослый и уже немолодой Победоносцев – ее друг.