Светлана Аллилуева – Пастернаку. «Я перешагнула мой Рубикон»

Это была мировая сенсация. «Кто она?» – вопрошали миллионы людей, впервые услышав, что у Сталина была дочь. Семейная жизнь советского лидера была засекречена; за рубежом знали, что у него были два сына и старший в годы войны погиб в немецком плену. В отличие от генерал-лейтенанта Василия Сталина, бывшего на виду у западных журналистов, о дочери мало кто знал. В Москве в середине шестидесятых, и то благодаря гражданскому браку с Сингхом, она общалась с послами Индии и ОАР, но эти страны (одна только вышла из войны, а вторая усиленно к ней готовилась, в июне 1967-го получив Шестидневную) нуждались в военно-политической поддержке СССР и сотрудничали с советским правительством.

Западные корреспонденты, аккредитованные в Москве, её не знали. Она виделась лишь в 1955 году со специально приехавшими для встречи с ней Рэндольфом Херстом и с Эммануэлем Д’Астье. Светлана всегда избегала публичности (скромность присуща её характеру) – и это дало возможность распространить в зарубежной печати заявление, что «Светлана Аллилуева – полусумасшедшая и нельзя принимать всерьёз то, что она говорит».

Госдепартамент колебался, затрудняясь определить подлинное имя перебежчицы. Джордж Кеннан, бывший посол США в СССР[95], в разных качествах проведший в Москве около девяти лет и считавшийся экспертом по России (он был автором книги «Россия и Запад при Ленине и Сталине»), когда ему позвонили из Вашингтона и задали вопрос о Светлане Аллилуевой, честно ответил: «Я не знаю, кто это такая».

После такого ответа Госдепартамент принял решение повременить и, не желая вляпаться в хитроумную ловушку, расставленную КГБ, дал указание Роберту Рэйлу до выяснения всех обстоятельств укрыть беглянку в нейтральной стране. Разумнее всего – решили в Госдепе – чтобы не оказаться втянутыми в конфликт, дать беглянке возможность в спокойной обстановке обдумать свои дальнейшие планы. Бывали случаи, правда редкие, когда советские перебежчики вспоминали о семьях и просились домой… Вдруг она одумается и захочет вернуться к детям?

Честер Боулз, посол США в Индии, самостоятельно приняв ни с кем не согласованное решение вывезти перебежчицу из страны, поставил Белый Дом в сложное положение. В аэропорту Фьюмичино взволнованные служащие американского посольства в Риме сразу же отозвали Роберта Рэйла «для переговоров».

К Светлане он вернулся немного сумрачным, но, чтобы не давать ей повода для беспокойства, не сообщил о негодовании итальянского правительства, разрешившего перебежчице пробыть в аэропорту только два часа, и об указании начальства совместно с коллегами из римского посольства найти для неё временное убежище. Без объяснения причин он сообщил ей, что планы меняются и некоторое время они должны пробыть в Риме. Рэйл упрятал её на маленькой конспиративной квартире, в которой она безвылазно провела три дня, не зная даже улицы, на которой жила. Из окон она видела бельё, развешанное на верёвках на уровне второго этажа, и была совершенно спокойной, не ведая ни о буре в газетах, ни о проблемах, свалившихся на американцев.

Квартирка, в которой укрыли Светлану, состояла из гостиной и спальни. Роберт и приданные ему в помощь сотрудники американского посольства разместились в гостиной. Чтобы перебежчице не было скучно, ей принесли журналы и книги, и она углубилась в чтение романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго» – сотрудникам Института мировой литературы не позволяли прочесть роман, который заставляли критиковать.

Пока она наслаждалась чтением, в соседней комнате беспрерывно звонил телефон. Роберт получал противоречивые указания. Наконец он сообщил ей, что «в силу некоторых причин» она не может следовать сейчас в США и ей надо переждать в Швейцарии, чтобы выяснить, «как пойдут дела». Американцам удалось убедить Швейцарию предоставить беглянке трёхмесячную туристскую визу на условиях отказа от политической деятельности и от встреч с прессой. Светлана согласилась и подписала соответствующую бумагу.

Переход швейцарской границы напоминал пародию на плохой детектив, но в сложившейся ситуации американцы и швейцарцы стремились к конфиденциальности. Два автомобиля, в одном находились Светлана и Роберт Рэйл, в другом – представители швейцарского посольства, долго кружились вокруг клумбы около аэропорта Фьюмичино, пока, наконец, разведчики не признали друг друга. На короткое время она пересела к швейцарцам, прямо в автомобиле ей проставили визу в паспорте, и она вернулась к Рэйлу. С визой в паспорте она могла легально находиться в нейтральной стране. Осталось только, не привлекая к себе внимания, пересечь границу.

Вторая часть операции едва не завершилась грандиозным скандалом – в ту пору не был известен самый безопасный переход швейцарской границы, описанный Юлианом Семёновым: Штирлиц, советский разведчик, вручил профессору Плейшнеру лыжи, и тот покатил за рубеж в своё удовольствие, попутно наслаждаясь снежными пейзажами гор.