Святая Русь. Подлинная история старообрядчества

Экклезиология не единственное препятствие на пути к единству. У Старообрядческой Церкви существует целый перечень спорных имущественных вопросов к РПЦ, которые препятствуют нормальному диалогу.

Этот перечень открывает Никольский храм на Рогожском кладбище, вместе со всем убранством (иконы, книги, облачения) отобранный у староверов еще в 1854 году. Важное место в этом перечне занимает трехтонный колокол, снятый в 1930 году с мемориального Воскресенского храма-колокольни на Рогожском кладбище и переданный в один из столичных театров.

Колокол давно уже стал символом непростых отношений старообрядчества и РПЦ. Когда на Красной площади завершилось воссоздание Казанского собора, московские власти подарили этот колокол в храм-новостройку. Власти и представителей РПЦ не смутила ни надпись на колоколе, указывающая истинного владельца, ни его размеры, несоответствующие соборной колокольне.

Все попытки руководства Старообрядческой Церкви убедить патриарха Алексия II (Ридигера)[450] в недостойности столь явного присвоения чужого имущества не имели результата. Для того чтобы подвесить колокол, пришлось частично разбирать свежую кладку колокольни.

В провинции процесс передачи епархиям РПЦ имущества, исторически принадлежащего Старообрядческой Церкви, принял необратимый и неконтролируемый характер. Достаточно упомянуть два случая, наиболее болезненно переживаемые староверами.

В городе Иваново, который в XIX веке был староверческим на 70 %, существовали два храма приверженцев древлего благочестия. Один – в центре города, многоглавый, каменный. Второй – на окраине, деревянный. Оба храма были освящены во имя Казанской иконы Божией Матери. Первый храм был отнят у верующих в 1930 году советской властью, второй – в 1991 году Московской патриархией при следующих обстоятельствах.

Уставщик этой церкви, Лаврентий Петрович Селин, сын известного старообрядческого протоиерея Петра Александровича Селина (1890–1967), не добившись священнического сана в своей Церкви, перешел в РПЦ, где был рукоположен архиепископом Ивановским и Кинешемским Амвросием (Щуровым).

Затем, завладев печатью и документами прихода, Селин незаконно зарегистрировал в Казанском храме общину Московской патриархии. Недовольные были изгнаны, и архиепископ Амвросий принял новый приход, «не поморщившись»[451].

А в 1993 году власти Иваново передали РПЦ каменную Казанскую церковь в центре города. Хотя законные хозяева, староверы, оставались без крыши над головой, архиепископ принял и этот храм, ибо уже привык жать, где не сеял, и собирать, где не рассыпал (Мф. 25, 24). Обращения старообрядческой митрополии к ивановским властям и патриарху остались без должного ответа.

Другая история произошла в Самаре, во время празднования в 2004 году Дней славянской письменности и культуры. При участии главы города Георгия Лиманского и архиепископа Самарского и Сызранского Сергия (Полеткина) были водружены кресты на бывшую церковь во имя Казанской иконы Божией Матери. При этом архиепископ утверждал, что некогда этот храм принадлежал Синодальной Церкви.

Однако Казанский храм, построенный в 1914 и закрытый в 1929 году, принадлежал староверам, приемлющим священство Белокриницкой иерархии. Жители Самары помнили об этом, и провести их не удалось. Благодаря вмешательству старообрядческой митрополии и поддержке местных и центральных газет самарские староверы начали борьбу за церковь.

Но городские власти, имея возможность восстановить историческую справедливость и возвратить Старообрядческой Церкви старообрядческий же храм, стали незаконно требовать согласия архиепископа Сергия на возвращение храма. Поэтому митрополит Андриан вынужден был обсуждать этот вопрос с Сергеем Кириенко, полномочным представителем президента в Приволжском федеральном округе.

Но, к сожалению, владыка так и не дожил до того дня, когда самарским староверам разрешат молиться в храме, а не на улице.

Митрополит Андриан скоропостижно скончался 10 августа 2005 г. во время Великорецкого крестного хода в Кировской области. Освященный собор, состоявшийся в Москве 18–21 октября, избрал главой Церкви епископа Казанского и Вятского Корнилия (Титова).

Сразу же после избрания корреспондент «Газеты. Ru» задал владыке Корнилию вопрос, волнующий всех староверов: «Может ли в ваше правление Старообрядческая Церковь пойти на сближение с РПЦ? Если да, то на каких условиях?»

Митрополит ответил: «У старообрядцев уже триста лет условия сближения не меняются. Я думаю, в Московской патриархии о них знают. Это возвращение к дораскольному строю Церкви, о чем сегодня, разумеется, говорить не приходится. Среди ближайших и реальных задач, которые стоят перед нами, мы видим продолжение строительства добрососедских отношений, которые позволили бы приступить к изучению и решению спорных вопросов. При этом, как уже неоднократно говорил митрополит Андриан, мы не вели и не ведем никаких переговоров с РПЦ о каком-либо соединении или близком сотрудничестве».