Святая Земля. Путешествие по библейским местам

Древние авторы рассказывают, что с кораблей могли заметить луч маяка за девятнадцать миль, но никому не удалось установить, умели ли древние греки использовать линзы. Писатели классической эпохи так сильно восхищались Фаросом, что не уделяли должного внимания описанию принципов конструкции и того, как работал световой механизм. Полагаю, они считали это общеизвестным фактом; наверное, не могли даже представить, что наступят времена, когда от великого строения не останется камня на камне.

Арабские историки с доводящей до умоисступления невнятностью говорят о «большом зеркале» на вершине маяка, которое можно было поворачивать так, чтобы ловить солнечные лучи и зажигать корабли на море. Еще до нас дошло предание, что, глядя сквозь зеркало, можно было увидеть корабли в самом Константинополе! Если собрать все вместе, складывается представление, что перед нами описание телескопа и увеличительных линз. «Зеркало» характеризуется как «прозрачный камень», то есть стекло.

Фарос погиб следующим образом. В IX веке шпион-христианин был направлен из Константинополя, чтобы разрушить механизм маяка, поскольку тот служил мусульманским мореплавателям. Посланник нашел такой способ выполнения поставленной задачи, который определенно свидетельствует о его национальной принадлежности: он точно был соотечественником Улисса.

Войдя в доверие халифа аль-Валида, он заявил, что под основанием механизма спрятан огромный клад. На Востоке нельзя изобрести более надежный способ уничтожить здание.

Почти полностью разобрав Фарос, арабы заподозрили обман. Они попытались сложить блоки заново, но не смогли поднять и снова установить большое зеркало. Драгоценная реликвия, которая могла бы сегодня разрешить загадку работы Александрийского маяка, упала с высоты башни и разбилась вдребезги.

Оставаясь в течение многих столетий в полном небрежении, полуразрушенный Фарос был еще различим в 1375 году, и если бы землетрясение не обрушило его останки в море, может быть, простоял бы до нашего времени.

Арабы называли Фарос словом манар — «место, где горит огонь»; оно является родственным еврейскому понятию менора — светильник, так называют особый ритуальный семисвечник. Слово манар с Фароса перешло на высокие молитвенные башни при мечети — манарет или минарет. Я где-то читал, что с архитектурной точки зрения Фарос был предтечей всех минаретов, но доктор Кресвелл, крупный авторитет в подобных вопросах, рассказывал мне, что самым древним из известных минаретов является башня в Дамаске.

3

В Александрии я встретил человека, который верил, что тело Александра Македонского все еще лежит в пределах города и его в любой момент могут обнаружить. Эта поразительная теория не является столь фантастичной, как может показаться на первый взгляд; во всяком случае, показателен интерес к ней специалиста, знающего все, что только известно об археологии Александрии, а именно господина Брешиа, ранее хранителя Муниципального музея.

После того как тело Александра доставили из Вавилона, его положили в роскошной гробнице в Александрии, где впоследствии хоронили всех представителей династии Птолемеев, включая и знаменитую Клеопатру.

Мавзолей Александра являлся своеобразным центром необычайного собрания венценосных покойников и, очевидно, был открыт для посетителей. Царя похоронили «на македонский манер»; то есть положили тело на каменную плиту, как на ложе посреди комнаты, из которой вел открытый проем в другое помещение, где стояли каменные скамьи и центральный алтарь (к последнему время от времени приходили родственники и совершали трапезу и ритуальные приношения; так поступают в наши дни мусульмане у могил современного Каира). Недавно в Чатби близ Александрии найдены под землей многочисленные эллинистические захоронения, которые в более скромной форме воспроизводят роскошную гробницу Александра Великого.

Мумия Александра была заключена в золотой гроб, в котором пребывала до правления Птолемея IX, который расплавил гроб, чтобы расплатиться с сирийскими наемниками. Тело перенесли в хрустальный гроб, в котором его видел Страбон, посетивший Александрию в 24 году н. э. Римские императоры проявляли почтение к могиле завоевателя. Август нанес благочестивый визит, а Каракалла оставил там свою мантию, пояс и украшения в качестве подношения, и даже в поздний античный период тело Александра, судя по всему, оставалось в хрустальном гробу.

Была ли гробница разграблена во время восстаний и войн III века или когда вся Александрия превратилась в руины вскоре после арабского завоевания — никто не знает, так как исторических записей не сохранилось. Маловероятно, чтобы гробницу царя, которого почитали не только греки с римлянами, но и арабы — ведь он является героем и в Коране, — могли тайно разграбить, и чтобы никто не оставил нам никаких известий об этом.