Святая Земля. Путешествие по библейским местам

Реликвии святой Екатерины поместили в аббатстве Троицы возле Руана, и когда аббат Изамбер лично освидетельствовал святыню, распространилось мнение, что мощи исцеляют от болей. Их слава росла, пока аббатство возле Руана, как и церковь Преображения на Синае, не утратило в сознании верующих свое прежнее наименование и не стало считаться аббатством Св. Екатерины. Весьма любопытно, как культ святой быстро распространился по всей Европе. Крестоносцы, возвращавшиеся из походов, приносили рассказы о ней с Востока; появилось латинское житие; новый поток паломников направился на Синай, где монахи приняли решение перенести мощи святой с вершины горы в церковь, где они по сей день хранятся в особом ковчеге.

Норманы принесли славу святой в Лондон, где королева Матильда основала больницу и церковь Св. Екатерины в Тауэре в 1148 году. Церковь давно разрушилась, но ее построили заново в Риджентс-парке. В Англии шестьдесят две старинных церкви были посвящены этой святой; но не только благодаря официальным посвящениям престолов святая Екатерина утвердилась в Англии, оставив имя в названии холмов и мысов. Есть посвященные ей холмы и горы возле Винчестера, Крайстчерча и Гилдфорда; есть мыс Святой Екатерины (Сент-Кэтринз пойнт) на острове Уайт, долина Сент-Кэтринз Даун на том же острове; есть гавань Святой Екатерины на острове Джерси, старинная деревня ее имени в Сомерсете, в нескольких милях к северу от Бата. И каждая женщина в мире, которая носит имя Екатерина, имеет отношение к отдаленному монастырю на горе Синай, носящему имя святой Екатерины Александрийской, каковое разошлось по всему христианскому миру.

Пятнадцать ступеней ведут вниз, к церкви Преображения. Проходя через нартекс, на какое-то мгновение ничего не видишь, потому что глаза слепнут от сияния золотых и хрустальных канделябров, свисающих по всей длине здания. Церковь перегружена всевозможными знаками благочестия, поднесенными за долгие века. Хотя великие караваны, которые столь долго находили дорогу к этому уединенному месту, исчезли словно мираж, знаки веры и любви, принесенные ими сюда, остаются в виде позолоченных и драгоценных даров, сверкающих окладами икон, которые видны повсюду в сумрачном освещении.

Мое первое впечатление после того запустения, которое окружало монастырь, можно определить как изумление от самого факта, что существует такое здание, что оно простояло четырнадцать веков посреди Синайской пустыни. За стенами монастыря ни на мгновение невозможно забыть, где ты находишься, но когда стоишь в этой церкви, можно представить, что оказался в любом из великолепных греческих соборов Европы. Вероятно, это самое потрясающее из подношений греческой православной церкви Богу; это дар, уже четырнадцать веков обращенный к небесам людьми, которые подвергали опасности свою жизнь, которые преодолевали трудности и суровые лишения. Возможно, небу не нужно столько позолоты, но это способ, которым люди способны выразить свою любовь, и души тех, кто принес церкви свои подношения, наверняка нашли путь к трону Господа.

Двенадцать колонн, которые отделяют центральный неф от двух боковых, явно византийского происхождения, они из гранита, покрытого штукатуркой, и окрашены в тускло-зеленый цвет. Когда обновляли убранство храма, вероятно, природный камень показался кому-то слишком простым. Трудно даже вообразить, почему некоторые авторы характеризуют капители этих колонн как «лотосы», потому что ни одного лотоса я среди капителей церкви не увидел. Это самые обычные византийские колонны, причем все капители разные. Брат Гавриил объяснил мне, что каждая из двенадцати колонн содержит внутри реликвию мученика, по одной на каждый месяц года.

Иконостас представляет собой сплошную стену образов, вписанную в совершенную окружность апсиды и закрывающую алтарь. В полукуполе над ней находится знаменитая юстиниановская мозаика — сцена Преображения. Пожалуй, из древних мозаик эта наименее известна. Она относится к тому же периоду и тому же стилю, что и мозаики церкви Св. Софии в Константинополе, а также мозаики Равенны и Салоник, то есть к старейшим византийским мозаикам. На плоском участке стены выше полукупольного изгиба апсиды можно увидеть фигуру Моисея, стоящего перед Неопалимой Купиной, а также принимающего скрижали Завета, но это более поздняя работа, не обладающая изысканностью и совершенством мозаики купола.