Свободный сон наяву. Новый терапевтический подход

Подсказки в виде образов, связанных либо с восхождением, либо с падением, занимают значительное место среди стимулирующих высказываний Роберта Дезуайа в адрес его пациентов. Этот подход представлялся ему оправданным наблюдениями того, что восходящее движение казалось благоприятствующим сублимации, а падение приводило к встрече с ужасающим содержанием подсознательного. Поэтому терапевт предлагал пациенту, спускающемуся в пропасть, запастись прозрачным скафандром или каким-либо иным защитным средством. Я не оспариваю ни достоверности наблюдений изобретателя направляемого сна наяву, ни уместности выводов, которые последовали из этих наблюдений. Опыт заставляет меня признать, что как наблюдения, так и выводы прямо зависят от метода, который он выбрал. Я также знаю о той весомой поддержке в данном вопросе, которую он получил со стороны Гастона Башляра[15], чьи блестящие исследования поэтического творчества привели к подобным наблюдениям. Позднее Жильбер Дюран[16] также напоминал о том, что перед тем, как пациент в своем сне наяву начнет нисходящее движение, необходимо принять некие предусмотрительные меры, в отсутствие которых «спуск в любой момент рискует превратиться в падение». Подобная формулировка предполагает, что динамика воображаемого допускает два режима спуска: медленный, контролируемый, положительный спуск и катастрофическое падение. Роберт Дезуай и Гастон Башляр показали важность вертикального передвижения в динамике онирических процессов. Действительно, какой бы ни была глубина падения или высота восхождения в сновидениях, они отражают благоприятную психическую стимуляцию. Но сам факт предложения пациенту спуститься или подняться в момент, когда это не совпадает с естественным развитием сценария воображаемых образов, порождает некое сопротивление, которое вызывает паразитарные побочные эффекты. Гримасничающие лица и враждебные персонажи, которые пациент встречает во время навязанного спуска, объясняются не лихорадочным падением, а выражают страх, переживаемый сознанием, чувствующим угрозу потери своих ориентиров. Этот страх становится паническим, если пациент чувствует, что его толкают в пропасть в то время, когда подобное испытание не является для него насущной потребностью в конкретный момент развития. Спуск в пропасть никогда не вызывает тревогу, если он спонтанный и происходит в нужный момент. Я располагаю сотнями сценариев свободного сна наяву, в которых пациенты спускаются с головокружительной скоростью в зияющие глубины, не испытывая при этом ни малейшего опасения. Основной вывод, вытекающий из этих наблюдений спуска или падения, состоит в том, что все они независимо от достигнутой глубины заканчиваются на уровне реального! Приведу лишь один пример из тех, которые я даю в статье «Спуск» «Словаря символов»: сценарий Жермена, иллюстрирующий вышеприведенные рассуждения. Многочисленные падения Жермена в его двадцать первом сценарии показывают, что пациент, спонтанно вовлеченный в нисходящее движение, не испытывает тревоги, которая могла бы оправдать применение искусственной защиты.