Тайна чаек

— Дядя Джерри считает, что лучше всего им самим выбрать для себя наказание. Донна на время откажется от танцев — то есть от того, что она любит больше всего на свете. И я уверена, что Генри выберет для себя какую-нибудь столь же суровую кару.

— Наверное, я теперь не могу больше с ними играть? — грустно спросила Тэфи.

— Почему же нет? Конечно, можешь. Им как раз сейчас нужны друзья. Не заносчивые, надменные друзья, а просто друзья.

— А как насчет дяди Джерри? — с облегчением спросила Тэфи. — Как ты думаешь, он купит отель?

— Уверена, что купит.

— А что ты скажешь о миссис Такерман?

— Выключи свет и иди сюда, — прошептала через плечо миссис Сондерс.

Тэфи послушалась, подошла к окну и остановилась около матери. Внизу по саду прогуливались двое — довольно высокая женщина и пухленький маленький мужчина.

— Донне нужен отец, — сказала миссис Сондерс. — И я думаю, что, когда здесь в отеле будет жить и присматривать за всем дядя Джерри, у Генри Фокса будет больше шансов вырасти хорошим юношей. А теперь — марш обратно в постель! Больше ни одного вопроса, ни единого слова!

Тэфи хотелось остаться у окна и смотреть на миссис Такерман и дядю Джерри. И уж ей вовсе не хотелось прекращать разговор — так бы всю ночь и проговорила! Но в голосе матери прозвучала хорошо ей знакомая властная нота, которой нельзя было не повиноваться. Она пробежала через комнату, прыгнула в постель и с головой накрылась одеялом.

Сегодня она была рада, что существует «материнский голос», к которому она может прислушиваться. Это он все приводил в надлежащее равновесие; ему можно было полностью довериться, на него можно было положиться.

Завтра на острове Макинау начнется новый день — ничем не замутненный день, — с изумительными тропинками, по которым можно брести, с новыми пейзажами, которыми можно любоваться. Где-то далеко впереди, в сентябре, снова будет Чикаго и папа, а потом наступит и тот день, когда все три члена семьи Сондерс будут жить вместе в своем собственном доме.

«Хорошо, — подумала Тэфи, — когда тайне приходит конец».