Тайна долгожителя Жанны Кальман

Прошло уже то время, когда капали керосин при коклюше ребёнку в постель, не вводят и кислород под кожу больным алкоголизмом в московских психоневрологических диспансерах. Помните у Михаила Бугалкова в его «Мастере и Маргарите»: «…доктор Стравинский говорит: попробуйте кислород». Ведь это именно об этом методе. Не лечат туберкулез органными препаратами от доктора Пеля и его сыновей, сделанными из органов собаки. А ведь это было совсем недавно, каких-то сто лет назад. По меркам истории просто миг.

Его Величество Время все быстрее печатало на своем «Ундервуде» вечности. Кнопки этой печатной машинки нажимались в каком-то бешеном ритме – по планете поехали первые автомобили с двигателями внутреннего сгорания, полетели аэропланы, потом они стали бомбить Европу, затем они стали реактивными, а бомбы – атомными. И летательный аппарат даже доставил человека в космос и на Луну, а затем космонавты стали жить на орбите годами.

А героиня моего рассказа всё продолжала жить.

От отца медицины Гиппократа до последнего «Руководства по биологии старения» и «Первого национального руководства России по гериатрии» не так уж и далеко – лишь две с половиной тысячи лет. И мы не знаем сколько же еще нужно времени для решения этого великого ребуса – как же человеку жить значимо дольше и быть в состоянии здоровья.

Если приложить продолжительность её жизни на историю нашей страны, то она начала жить при Александре Втором, затем жила при Александре Третьем, жила при временах Николая Второго, затем при Ленине, Сталине, Хрущеве, Брежневе, Андропове и Черненко. Пришел и ушел Михаил Горбачев. Борис Ельцин даже успел выиграть свои последние выборы.

А наша героиня всё еще жила.

Она жила во времена русско-турецкой войны. Она застала как погибал под Шампанью и Реймсом 45-тысячный русский экспедиционный корпус. Слава русскому солдату, который не допустил прорыва немецкой армии в направлении Парижа. Затем также быстро пришел и ушёл Гитлер, оставив кровавую рану на теле планеты. Война во Вьетнаме, затем в Афганистане, Ираке, и даже геноцид тутси (народ в Центральной Африке).

А она всё еще жила.

На территории Европы, где жила Жанна Кальман, если подняться на квадрокоптере времени и посмотреть вниз, исчезали старые и появлялись новые страны, а потом они сразу снова дробились на куски. За время её жизни разбились в прибое времени три столбовые империи и Советский Союз, создано НАТО, затем пришло время Евросоюза. И всё это мелькало в новостях газет при её жизни.

А она всё жила и жила.

Если быть точнее, наша героиня, конечно, русского детектива, жила не в России, а во Франции. И жила она при Третьей республике, Четвертой, а затем и Пятой. Колониальная Африка, где у Франции было много своих территорий, получила независимость и генерал Де Голь дал свободу даже Алжиру. Затем пришёл Жак Ширак. Он назвал нашу героиню бабушкой всех французов. Сама же Жанна говорила, что живет лишь потому, что про неё забыл Бог.

Но, тем не менее, она продолжала жить.

Если жизнь нашей героини была сказкой или мифом, то уместно сравнить её историю жизни с историей мирового кино. Или французского. Она начала жить еще задолго до первого немого и черно-белого фильма братьев Люмьер о прибытии поезда на перрон, помните такой, и покинула жизнь после премьеры «Пятого элемента» Люка Бессона. Об этом точно кто-то снимет кино…

Время изменилось. Это его черта. Даже его сущность – оно постоянно меняется.

Хотя как может измениться время жизни? Время оно и есть время – родился, учился, женился, слушайте ритм этого танго, раз-два-три, поворот и смена поколений. Ритм времени в ритме смены поколений. Ритм времени, задумаешься тут… но минута ведь всегда она именно такая, как всегда. Как и час. И год. И жизнь. Просто человек сегодня живет значимо дольше. Иногда настолько долго, что шапка должна упасть с головы русского человека, особенно когда засмотришься на высоту этого рекорда от французской дамы Жанны – ведь поколение за поколением стройными рядами уходило в прибой вечности. А она всё жила.

А ведь обычный человек также всё ищет и ищет фонтан своего здорового долголетия, как прежние поколения. И в этом он похож на людей прошлого – старость это именно та тема, когда любой человек растерян, он не знает, что ему делать со своим старением. И тут ему как бы показывают на рекорд Кальман, говорят: посмотри, как надо жить… и люди верят. Другие говорят, что не нужно искать фонтан, копайте философский камень, и тоже почему-то опять указывают на рекорд Жанны.

О рекордах тихого Арля