Тайная доктрина. Космогенезис. Антропогенезис

b) Ибо это есть… Двенадцать Нидан или Причин Бытия. Каждая есть следствие предшествовавшей причины и, в свою очередь, причина последующей. Совокупность всех Нидан основывается на Четырех Истинах, доктрина эта особенно характерна для Системы Хинаяны.[60] Они принадлежат теории потока, закону сцепления, порождающего заслуги и проступки, и приводящего, наконец, Карму в полную силу. Эта система основана на великой истине, что следует страшиться воплощения, ибо существование в этом мире приносит человеку лишь страдание, несчастье и боль; и сама смерть не в состоянии освободить человека от этого, ибо смерть есть лишь дверь, через которую он проходит к следующей жизни на Земле, после краткого отдыха у ее преддверия – Девачана. Система Хинаяны или же Школа Малой Колесницы очень древнего происхождения; тогда как Махаяна или Школа Большой Колесницы относится к позднейшему периоду, ибо она возникла после смерти Будды. Тем не менее, основы последней так же стары, как горы, приютившие подобные школы с незапамятных времен; и школы Хинаяны и Махаяны, обе, в действительности, учат ту же самую Доктрину. Яна или Колесница есть мистическое выражение, и обе «Колесницы» стараются запечатлеть доктрину, что человек может освободиться от страданий рождения и даже от ложного блаженства Девачана путем достижения Мудрости и Знания, которое одно лишь может рассеять плоды Иллюзии и Неведения.

Майа или Иллюзия является элементом, входящим во все конечные предметы, ибо все, что существует, имеет не абсолютную, но лишь относительную реальность, так как видимость, в которую облекается скрытый нумен для данного наблюдателя, зависит от познавательных способностей последнего. Для неразвитого глаза дикаря любая картина явится сперва бессмысленным хаосом полос и мазков красок, тогда как воспитанный глаз тотчас же увидит лицо или пейзаж. Ничто не постоянно, за исключением единого, скрытого, абсолютного Бытия, заключающего в себе нумены всех реальностей. Существования, принадлежащие к каждому плану бытия вплоть до высочайших Дхиан-Коганов, являются как бы аналогичными теням, отброшенным волшебным фонарем на бесцветном экране. Тем не менее, все вещи относительно реальны, ибо познающий также есть отражение и потому все постигаемые им вещи являются для него такими же реальными, как и он сам. Какой бы реальностью ни обладали вещи, реальность эта должна быть найдена в них до или после того, как они промелькнут, подобно молниеносной вспышке в нашем материальном мире; ибо мы не можем познать подобное существование непосредственно, пока имеющиеся у нас чувства-инструменты могут передавать лишь материальное существование в поле нашего сознания. На каком бы плане наше сознание ни действовало, мы и предметы, принадлежащие этому плану, являемся на это время единственными нашими реальностями. Но, по мере нашего продвижения в развитии, мы постигаем, что в стадиях, через которые мы прошли, мы приняли тени за реальности и что восходящий процесс Эго состоит из целого ряда прогрессивных пробуждений, и каждое продвижение приносит с собою убеждение, что, наконец, теперь, мы достигли «реальности». Но только, когда мы достигнем абсолютного Сознания и сольем с ним наше сознание, только тогда будем мы освобождены от заблуждений, порожденных Майей.

Станца I. – Продолжение

5. ЕДИНА ТЬМА НАПОЛНЯЛА БЕСПРЕДЕЛЬНОЕ ВСЕ (а), ИБО ОТЕЦ, МАТЕРЬ И СЫН ЕЩЕ РАЗ БЫЛИ ВОЕДИНО, И СЫН НЕ ПРОБУДИЛСЯ ЕЩЕ ДЛЯ НОВОГО КОЛЕСА[61] И СТРАНСТВИЙ НА НЕМ (b).

а) «Тьма есть Отец-Матерь: Свет их Сын», говорит древнее восточное изречение. Свет непостижим иначе, как исходящим из какого-либо источника, являющегося причиною его; и так как в случае Первичного Света, этот источник не познаваем, хотя разум и логика настойчиво требуют таковой, то, с точки зрения рассудка, мы называем его «Тьмою». Что же касается заимствованного или второстепенного Света, каков бы ни был его источник, он может быть лишь временным и иллюзорным. Потому «Тьма» есть Вечное Вместилище, в котором Источники Света появляются и исчезают. Ничто не добавляется к тьме, чтобы добыть из нее свет, или же к свету, чтобы сделать его тьмою на нашем плане. Они взаимно сменяются; и научно Свет есть лишь вид тьмы и обратно. И, тем не менее, оба они феномены одного и того же нумена, являющегося абсолютною тьмою для ума ученого и лишь серыми сумерками для познавания обычного мистика, но абсолютным Светом для духовного глаза Посвященного. Степень различаемого нами света, сияющего во тьме, зависит от нашей силы зрения. То, что свет для нас, есть тьма для некоторых насекомых, а глаз ясновидящего видит сияние там, где нормальный глаз усматривает лишь мрак. Когда вся Вселенная была погружена в сон – то есть, возвратилась к своему первичному элементу – не было ни центра света, ни глаза, чтобы воспринимать свет; и тьма неизбежно наполняла «Беспредельное Все».