Тайная доктрина. Космогенезис. Антропогенезис

Тем временем, дно океана поднялось, Европа вполне оформилась, и фауна и флора ее определились. С приручением собаки началась пастушечья жизнь. Мы вступили в периоды полированного камня и в век бронзы, следовавшие один за другим, неравномерными промежутками времени, даже заходящими друг на друга, посреди этнических переселений и слияний, более смешанных и более кратких, нежели менее продвинутые и более рудиментарные эпохи. Примитивное европейское народонаселение было приостановлено в своей особой эволюции, оно не погибает, но сливается с другими расами, как бы поглощается последовательными волнами переселения, наступающими из Африки, возможно, из погибшей Атлантиды [? слишком поздно на эоны лет] и из плодовитой Азии. С одной стороны, пришли иберийцы, с другой пелазги, лигурийцы, скифы, этруски – все предвестники великого Арийского Нашествия [Пятой Расы].[2897]

Отдел VIВеликаны, цивилизации и потопленные материки, следы которых встречаются в истории

Когда выдвигаются утверждения, подобные тем, которые заключаются в вышеприведенном оглавлении, то, конечно, ожидается, что автор представит в подтверждение таких заявлений свидетельства исторические вместо легендарных. Возможно ли это? Да; ибо свидетельства такого рода многочисленны и просто должны быть собраны и сопоставлены, чтобы стать подавляюще убедительными в глазах непредубежденных лиц.

Как только прозорливый читатель овладеет руководящей нитью, он сможет сам найти такие доказательства. Мы даем факты и указываем на вехи; пусть путник следует им. Приведенного здесь достаточно для этого столетия.

Байи в письме к Вольтеру находит вполне естественным, что симпатии «старого, знаменитого инвалида из Ферней» были на стороне представителей «Знания и Мудрости», древних браминов. Затем он делает любопытное заявление. Он говорит:

Но ваши брамины очень молоды по сравнению с их архаическими наставниками.[2898]

Байи, ничего не знавший ни об Эзотерических Учениях, ни о Лемурии, тем не менее, верил безусловно в погибшую Атлантиду, так же, как и в существование нескольких до-исторических и цивилизованных народов, которые исчезли, не оставив никаких неоспоримых следов. Он широко изучал древних классиков и предания и он видел, что искусства и науки, известные тем, кого мы теперь называем «древними», не были:

Достижениями каких-либо народов настоящего времени или даже существовавших в ту эпоху, так же, как они не принадлежали к каким-либо историческим народам Азии…

и что, несмотря на ученость индусов, их неоспоримое первенство в ранний период их расы должно быть отнесено к народу или расе, еще более древней и просвещенной, нежели были сами брамины.[2899]

Вольтер, величайший скептик своего времени, материалист par excellence, разделял убеждение Байи. Он полагал, что вполне правдоподобно, что:

Задолго до империй Китая и Индии существовали культурные, образованные и мощные народы, которые были осилены нашествием варваров и, таким образом, вновь были приведены в свое первоначальное состояние невежества и дикости или, как говорится, возвращены в лоно Природы.[2900]

То, что у Вольтера явилось как прозорливая догадка большого интеллекта, то для Байи было «вопросом исторических фактов». Ибо он писал:

Я обращаю большое внимание на древние предания, сохраняемые на протяжении длинного ряда поколений.