Тайная история комиксов. Герои. Авторы. Скандалы

Но неплохие продажи мало чем помогли издательству в начале восьмидесятых, времени сменившихся трендов в мире комиксов. Издательство погубило его нежелание создавать что-то действительно новое – они всегда аккуратно плыли по течению, не выпадая из тренда, но и не создавая его. И в крутой поворот восьмидесятых судно Charlton просто не вписалось. Новые таланты избегали Charlton, а попытки «освежить» материал не были успешны, равно как и привычная практика репринтов. Допотопное печатное оборудование (а печать Charlton всегда считалась худшей среди прочих издательств комиксов) износилось. Персонажи, некогда купленные и созданные Charlton, были выкуплены у них DC, и в дальнейшем послужили благодатным материалом для авторов Британского Вторжения, от Алана Мура до Гранта Моррисона, а затем и вовсе «прописались» во вселенной DC. В 1985 году, не дотянув года до сорокалетнего юбилея, Charlton Comics приказали долго жить. Попытки возродить некогда популярное издательство были тщетны. Самые популярные герои – в DC, воспоминания о славных деньках – в фэнзинах вроде Charlton Spotlight и изданиях TwoMorrows, а прочий материал успешно переиздается в наше время (чаще всего за баснословные деньги).

Майк Флейшер и первые комикс-энциклопедии

История комиксов, как это и бывает с любым искусством, представляет собой историю мира в миниатюре. Период существования комикса, как такового (мы не берем в расчет пракомиксные явления, вроде наскальной живописи, лубка или богато иллюстрированной прозы), едва ли дотягивает до сотни лет, но какие насыщенные это были годы! Революции гремели практически ежегодно, но вдруг сменялись периодами затишья. Издательства карабкались к вершинам славы, а через год – распродавали имущество. Воздвигались и низвергались кумиры, судьи лупили молотками по столам, из типографий выезжали новые и новые грузовики, а по ночам под тысячей одеял зажигались тысячи фонариков – дети внимали пророкам атомной эры.

И во всем этом вареве находилось место для тех, кто умудрялся заниматься не только практикой (притом первоклассно!), но и теорией. Имя, к примеру, Скотта Маклауда у нас прекрасно известно, значительно меньше – Джима Стеранко, а вот имя Майка Флейшера знают немногие.

Майкл Лоуренс Флейшер родился в 1942 году, в Нью-Йорке. Через четыре года его родители развелись, и это стало одним из основополагающих событий в жизни мальчишки. И дело здесь вовсе не в психологической травме или чем-то подобном. Просто Майк видел отца по субботам, а тот водил его в кинотеатр на двойной сеанс. Конец сороковых – время небывалого расцвета вестерна, и несколько лет подряд будущий Дени Дидро мира комиксов еженедельно видел по два фильма. И, нужно отметить, что этот опыт пригодился ему позже, в семидесятые.

Комиксы Майк начал читать в шесть лет. Бэтмен, Супермен, Арчи, Майти Маус – стандартный набор тех лет. Пока ждал очереди в парикмахерской – читал и леденящие кровь истории от EC Comics. Впрочем, каким-то фанатом комиксов не от мира сего Майка назвать было нельзя. Чтение комиксов не было каким-то странным делом для зануд, а вполне себе обычным развлечением. Поэтому, когда Майку исполнилось четырнадцать, он собрал всю свою коллекцию (больше двух тысяч журналов, по его словам) и продал скопом старьевщице на Третьей авеню за тридцать два доллара. Фактически в дальнейшем Флейшер совершит полностью противоположный этому поступок – он найдет способ не просто свою личную коллекцию, а тридцатилетнее наследие National Publications передать мальчишкам и девчонкам.

В старших классах Майк захотел стать писателем. Он бредил кумирами молодежи тех лет: Фолкнером, Керуаком, Уильямом Берроузом. Флейшера привлекала экспериментальная сторона, все новое, что его кумиры вносили в литературу. Но сам Майк, как ему казалось, был достаточно традиционным автором, хотя время показало, что не все разделяют его точку зрения. Но об этом позднее.