Таинственный мир кошек

Следующее направление религиозного течения несколько удивляет. За сонмом богов, так часто изображаемых в иероглифических надписях, можно обнаружить смутный отголосок монотеизма (единобожия) – неопределенной и редко упоминаемой веры в единое высшее божество. Даже ученые недостаточно решительно отстаивают этот факт, поскольку его единственное открытое проявление, похоже, было настоящей катастрофой. Около 1348 года правящий фараон изменил свое имя с Аменхотепа («Амон доволен») на Эхнатона («Угодный Атону»), отбросил тысячелетние традиции и объявил учение только о единственном боге, которому нужно поклоняться в его видимом проявлении в виде солнечного диска.

Теология Эхнатона учила, что Солнце породило и теперь поддерживает всю жизнь на Земле. Единственное отличие от современной точки зрения состоит в том, что он считал солнце разумным существом, но даже это можно признать вероятным, по крайней мере в рамках законов квантовой физики.

Египтяне были хорошо приучены делать то, что сказал им их фараон, поэтому они следовали этой системе до тех пор, пока он за ними приглядывал. Но это продолжалось только около двенадцати лет. Как водится, после его смерти быстро вернулись старые порядки. Вступление его сына на престол ознаменовалось сменой прежнего имени на новое, которое говорило само за себя: молодой Тутанхатон («живой образ Атона») стал Тутанхамоном («живой образ Амона»). Прошло чуть более десяти лет, и Эхнатона назвали врагом, его статуи свергли, а имя стерли с монументов.

Некоторые кошки воспринимают себя крайне серьезно

Иллюстрация Анри Годье Бжеска. © Vostock Photo Archive

Третье направление религиозного течения считает, что, когда создавался этот мир, частью процесса было создание маат. Маат – это одно из тех слов, которые, к большой досаде, не имеют точного эквивалента в английском языке. Это что-то вроде божьего замысла, божественного порядка, но с обертонами гармонии, стабильности, безопасности, традиций, законности, правды и просто справедливости. От нашего современного представления об эволюции как о прогрессе, основанном на вечных изменениях, египтяне сперва пришли бы в недоумение, а потом предали бы эту идею анафеме. По их мнению, естественный порядок вещей, установленный в первый день, был правильным и в улучшениях не нуждался.

Разумеется, маат иногда сталкивался с проблемами. Но повседневная жизнь приносит опыт. Не стоит беспокоиться, потому что любые изменения временны. Маат всегда сумеет вернуть все к привычной жизни.

Четвертое течение строилось на убеждении, что фараон был не только правителем, но и богом. В Древнем Египте, как в Тибете до оккупации[55], было теократическое государство. Но это не означало, что фараон, будучи непогрешимым, был озабочен созданием законов на благо своего народа. Люди не нуждались в законах, поскольку все и так было идеально (маат). Главной заботой фараона было поддержание состояния маат с помощью проверенных временем ежедневных ритуалов, проводимых в храмах по всей стране. Поскольку быть везде в одно и то же время не мог даже фараон, в большинстве храмов его роль исполняли жрецы.

Сложите все это вместе и представьте картину, будто Египтом управляет партия тори (или республиканцы, как в Америке), когда мнение народа во внимание не принимают и стараются получить как можно больше личных благ. Реальность заключалась в том, что хотя для сохранения маат во главе жрецов стоял фараон, на самом деле страной управляла кошка. Ее звали Баст, и она жила в Бубастисе, городе в дельте Нила, названном в ее честь.

Баст, или Бастет, в которую она позже превратилась, была одним из древнейших богов Древнего Египта. Следы ее культа уходят корнями за тридцать веков до нашей эры. Она была дочерью Ра и Исиды и в основном руководила кошками и обеспечивала защиту (в частности, дома), но также управляла семьей, весельем, танцами, музыкой, сексуальностью, материнством и плодородием. Здравый смысл подсказывает, что большинство из этих качеств, если не все, возникли из наблюдения египтян за естественными навыками кошек. Их охота на грызунов ограничивала распространение заболеваний, и они умели убивать змей, обеспечивая тем защиту семьи и дома. Любой, кто наблюдал поведение кошки в течке, несомненно, признает в ней сексуальность. Каждый, встречавшийся с пометом из пяти-шести котят, поймет связь Баст с плодородием, а образцовое поведение матери-кошки в кормлении и защите этих котят должно легко объяснить, почему материнство в умах древних египтян нашло воплощение в кошке (как ни странно, материнским инстинктом домашней кошки обладают тигрицы, но не львицы, которые, как правило, бросают своих детенышей на долгое время, что приводит к их высокой смертности).