Таинственный мир кошек

Конечно, есть всевозможные религии, которые учат всякой ерунде, что вовсе не означает, что они говорят правду. Точно так же шаманы часто требуют чрезвычайных полномочий, и племенные общины воспринимают их всерьез. В связи со спецификой своей деятельности шаман должен иметь поддержку сообщества. Оно должно считать его занятие полезным и даже необходимым для общего блага.

Почему же, если, например, вы считаете возможности шамана вымышленными, в свою очередь, сообщество рассматривает их как весьма ценные? Более того, престиж шамана, как правило, настолько высок, что он имеет намного больше, чем минимальную поддержку. Например, среди эвенков России и Китая шаман автоматически получает лучший участок реки для ловли рыбы; ему помогают пасти оленей и часто приносят в дар еду и меха. Каждый член племени непременно обязан оказывать ему материальную помощь. Для многих народов (среди них тунгусы и самоеды Сибири, а также северные инуиты Заполярья) звание шамана и племенного вождя – одно и то же.

Тайна кажется еще глубже, если заглянуть в историю шаманизма. Это явление процветало в тяжелых условиях ледникового периода, когда граница между выживанием и вымиранием была тонкой, как лезвие бритвы. Племена, жившие в таких условиях, не могли себе позволить содержать слабаков.

Наш нынешний мир более теплый, но шаманы по-прежнему играют большую роль в местах, где жизнь далеко не проста. Природные условия в пустыне Калахари, австралийской глубинке, сибирской степи и в арктических районах Аляски настолько враждебны, что большинство европейцев не смогут выжить там без подвоза продуктов и поставок воды. Однако здесь, как и в других суровых условиях, шаман практикует свое колдовство, как он это делал в течение сорока тысяч лет. Если бы он действительно был шарлатаном, вы вряд ли нашли бы его там сейчас.

Итак, какое же отношение все это имеет к кошкам? Дело в том, что шаманы утверждают, что получают свою силу при посещении мира духов. Если его сила настоящая – а, похоже, так оно и есть, – нам, возможно, следует относиться к потусторонним мирам более серьезно. Есть ли вероятность того, что они действительно реальны?

На первый взгляд имеющиеся факты не обнадеживают. В одном докладе за другим уважаемые антропологи говорят нам, что когда шаман «посещает потусторонний мир», он никуда не уходит, а просто впадает в транс, нередко разбивая себе голову из-за видений, вызванных растительными галлюциногенами. У него могут быть глюки, как у моих друзей в шестидесятые годы, и вам было бы трудно представить, что его видения – это нечто большее, чем его бредни. Но является ли это точной интерпретацией фактов?

В 1959 году Американский музей естественной истории пригласил антрополога по имени Майкл Харнер для изучения племени конибо в естественных условиях обитания. Конибо живут в лесах в бассейне реки Амазонки на территории Перу. Харнер согласился, конибо оказались дружелюбными, но исследование пошло не очень гладко. Харнер обнаружил, что даже спустя год хозяева, у которых он поселился, неохотно обсуждают свои религиозные верования, сверхъестественные силы или магические практики. Наконец они сказали, что, если он действительно хочет что-то узнать, ему придется выпить священный напиток конибо, сделанный из растения, называемого «лианой духов». Однако его предупредили, что эффект может быть самым пугающим. Сегодня «лиана духов» больше известна под своим ботаническим названием – аяуаска[79], но рассказ Харнера, неиспорченный последующими теориями и обобщениями, остается одним из лучших примеров знакомства с удивительным, хотя до сих пор загадочным опытом воздействия этого вещества на человека. В нем нет ничего, что напрямую касалось бы кошек, но их связь станет понятна позднее. А вот как Харнер описал то, что с ним произошло.

Старейшина конибо по имени Томас собрал достаточное количество листьев аяуаски и кава, чтобы заполнить 70-литровый чан. Варил их весь день, пока не осталось около четверти темно-зеленой жидкости. Он разлил ее в бутылки и оставил охлаждаться.

Когда наступила ночь, конибо надели на собак намордники и велели деревенским ребятишкам молчать, поскольку любые внешние звуки могут нанести вред разуму человека, который выпил аяуаску. При свете костра Харнеру дали бутыль из тыквы, в которую вылили треть всей жидкости. Он чувствовал себя Сократом, принимающим яд из болиголова[80], но выпил это.

Кошка-оборотень

Иллюстрация Жана Гранвиля. © Vostock Photo Archive

Лежа на бамбуковом настиле под соломенной крышей общего дома, он увидел слабые вспышки света, которые разгорались сияющими красками, а затем услышал отдаленный шум водопада, который становился все сильнее, пока не заполнил его уши. Верхние бледные линии становились все ярче и постепенно приняли форму полога, напоминающего мозаику из цветного стекла. Далее он описывает этот опыт так: