Тайны Балтийской Атлантиды

Уважаемый читатель уже узнал из настоящей книги о вооруженной борьбе славянского племени «вельтаба» с войсками польского князя, да и Адаму Бременскому было хорошо известно о военных походах под знаком христианского Креста (хотя и до официального начала эпохи Крестовых походов, датируемой, как известно, 1096 годом) на славян, в том числе — и на «знаменитейший и богатейший город Юмну»:

«Король Магнус (Магнус I, король Норвегии, ставший в 1042 по наследственному договору также королем Дании, о чем нам с уважаемым читателем уже известно — В. А.) был любим данами за свою справедливость и храбрость, но страшен для славян, которые после смерти Кнута беспокоили Данию[50]. Ратибор, славянский князь, был убит данами (…) Желая отомстить за его смерть, винулы (в данном случае — венды-славяне, хотя изначально этнонимом „винулы“ именовали себя германцы-лангобарды — В. А.) уже тогда явились со всем своим войском и, разоряя окрестности, дошли до самого Рибе. А король Магнус, возвращаясь в это время из Норвегии, случайно высадился в Хедебю. Тут же собрав отовсюду датские силы, он встретил покидавших Данию язычников на полях Хедебю. Там, как говорят, было убито 15 000 человек, после чего мир и радость были обеспечены христианам на все время правления Магнуса».

Враги северо-западных славян: франкские воины Карла Великого

В схолии 56 (57) к тексту хроники Адама Бременского говорится конкретно о морском набеге — «викинге» — конунга Магнуса на Юмну:

«Король Магнус с сильным флотом осадил богатейший славянский город Юмну. Обе стороны понесли равные потери. Магнус устрашил всех славян. Он был благочестивым юношей невинной жизни; поэтому Бог и даровал ему победу во всем».

Это случилось наверняка в 1043 году. Уже в первой главе настоящей книги было указано на то, что исландские источники («Хеймскрингла» и «Фаргскиннасага») подтверждают: Магнус тогда «напал на славян в Йомсборге», победил их и сжег их твердыню. Хотя Магнус в указанное время воевал также в Дании и в земле бодричей-ободритов, сообщения исландских источников, судя по всему, подтверждают тождественность Юмне и Йомсборга.

Тот, кто верит в тождественность древней Юмны и современного Волина, может на основании результатов археологических раскопок легко убедиться в склонности как Адама Бременского, так и авторов исландских саг к преувеличениям. А 1043 году от нападения пострадал не сам Волин, но лишь его пригороды, или говоря по-нашему — посады. Гораздо больший ущерб городу «Волыну» и его окрестностям нанес лишь более широкомасштабный «викинг» датского короля Эрика I Эйегода полстолетия «с гаком» спустя, в 1098 году. Об этих событиях сообщает нам весьма подробно датский хронист-летописец Саксон Грамматик (годы жизни: приблизительно 1150–1216), к сожалению, не посвятивший ни единой строчки предыдущему походу флота «данов» на Волин, состоявшемуся в 1043 году. В то же время, Саксон (к которому мы будем еще не раз обращаться в ходе нашего дальнейшего правдивого повествования) внес еще большую путаницу в вопрос тождественности или нетождественности Юмны и Йомсборга, сообщая в своей латинской хронике «Gesta Danorum» («Деяния датчан», или «Деяния данов») о городе под названием Юлин. К счастью, из сравнения описаний обстоятельств похода обоими хронистами — Саксоном и Адамом — например, смерти Харальда Синезубого в Юмне, можно сделать вывод о том, что оба летописца имели в виду не два разных, а один и тот же город.

Раннесредневековым городам угрожали не только нападения извне, но и опасность быть вовлеченными во внутренние смуты, возникающие в феодальных государствах в процессе укрепления центральной власти. Внешнеторговые и связанные с ними внешнеполитические связи этих городов порой вольно или невольно вовлекали их в такого рода смуты и междоусобицы. Так, например, Адам Бременский сообщает о вооруженном конфликте между упомянутым выше датским королем Харальдом Синезубым и его сыном Свеном Вилобородым (986–1014):