Тайны древних цивилизаций

Ин Чжэн еще немного подрос, и принялся разбираться в этой истории, и, казалось, слухи подтверждались. Здесь, конечно, очень сложно понять, где правда, где пропаганда, где какие-то политические интриги. Но Лао Ай был казнен со всей своей родней, как и полагалось, Люй Бувэя отправили в ссылку, и по дороге покончил он с собой (не то не вынеся позора, не то опасаясь дальнейших преследований). Ин Чжэн даже мать отправил в ссылку, что для китайца совершенно невероятно, но, похоже, мать тоже серьезно претендовала на власть. Говорили, что придворные молили его не совершать такую ужасную вещь, и мать он все-таки вернул.

После этого он уже в полной мере стал правителем в Цинь. И затем в течение почти 20 лет воевал с другими китайскими государствами, все их себе подчинил, и Китай оказался объединен под властью Ин Чжэна, который принял титул императора и стал называться Цинь Шихуанди, великий император империи Цинь. В 221 году весь Китай подчинился ему, столицей был назначен главный город Цинь Ян, но сам император не очень хотел там жить – он предпочитал жить южнее. Он сделал столицу в центре своего государства и принялся укреплять империю.

Дальше стали происходить интересные вещи, причем и сегодня даже не совсем понятно, кто стал инициатором тех многочисленных мероприятий, которые происходили в Китае. Есть историки, которые считают, что главным творцом реформ, главным создателем вот этого мощного, жесткого государства, которое мы ассоциируем с кровавой диктатурой Цинь Шихуанди, главным инициатором был не столько он, сколько его ближайший помощник, философ, политик, министр Ли Сы, который придерживался философии легизма.

В чем тут суть? Легисты были сторонниками очень твердой, очень сильной, ничем не ограниченной государственной власти. Уже Конфуций – величайший китайский философ – очень много говорил и писал о необходимости подчиняться власти, авторитету отца, авторитету начальства, авторитету традиций и, конечно, авторитету государя. Но легисты пошли намного дальше конфуцианцев, и не случайно при Цинь Шихуанди будут сжигать конфуцианские книги, будут закапывать живьем в землю конфуцианских монахов (хотя эти сведения некоторые историки считают легендарными).

Великий император

Конфуцианское учение было слишком мягким по сравнению с легистами. С точки зрения Ли Сы и других легистов, в китайском государстве все должны были быть равны. Но это не равенство в нашем понимании! Это – равенство между знатными людьми и последними бедняками в том, что они все абсолютные рабы государства в лице императора. Это давало возможность сломить очень знатные семьи. Все подчиняются императору, власть его должна быть абсолютно неограниченной, подчинение – беспрекословным, кары за неподчинение – жесточайшими.

А дальше под руководством Ли Сы проводится очень внимательная, продуманная унификация. Государство, которое возникло из нескольких царств, естественно, было поначалу достаточно рыхлым, неоднородным. Первым делом было изменено административное деление, все границы прежних царств должны были быть забыты. Китай разделили на 36 округов, чьи границы намеренно нарушали старые границы, чтобы прежнее разделение было забыто. Чиновниками там назначалась не местная знать, а совершенно чужие для тех мест люди. Что характерно, при всем этом Цинь Шихуанди не отправлял туда своих родственников. Очевидно, он не слишком доверял своей родне, и, как мы увидим позже, не ошибся в этом. Чиновники множатся, бюрократия разрастается, представители государственного аппарата, который невероятно развивается, руководят этими 36 округами.

Другая вещь, которая важна для большой империи, да и для любого большого государства, – это инфраструктура. Для того чтобы управлять, надо иметь возможность быстро добраться до любого конца империи. При Цинь Шихуанди строится несколько огромных каналов, один длиной 150 км, другой – 36 км, чтобы проще было перебрасывать грузы и войска из одной части страны в другую. При Цинь Шихуанди Китай покрывается сетью дорог. Мы можем подумать о размерах Китая и представить, какие огромные усилия и ресурсы, какие гигантские государственные работы требовались для того, чтобы проложить все эти дороги, по которым мчались курьеры, шли войска, очень много ездил сам император.

Цинь Шихуанди беспрерывно совершал инспекционные поездки. На главных дорогах устраивали три полосы: две – для обычных людей, а в середине – третья священная полоса, по которой ехал император со своим кортежем. Он, как любой тиран, очень боялся заговоров и мятежей, поэтому никто никогда не знал, в какую сторону он едет. Иногда специально в разные части страны отправлялись разные кортежи, где как бы ехал император. Казалось, это движется его колесница, но никто не знал, кто сидит там внутри. Эта секретность тоже сыграет впоследствии свою роль. Куда-то император едет, никто не знает куда, потом он вдруг появляется в какой-то части Китая, и там с невероятной скоростью требовалось возводить для него дворец, где он мог бы отдохнуть, чтобы отправиться дальше.