Тайны гениев. Три книги в одной

Оно здорово усложнит нам нашу уже, кажется, достаточно ясную картину. Хотя оно – на ту же тему, что и два предыдущих.

И оно, это стихотворение Александра Блока, как и пастернаковский «Шекспир», тоже выросло из пушкинского «Пока не требует поэта…». Причем из нескольких его строчек.

Но именно оно, написанное за одиннадцать лет до пастернаковского стиха, в свою очередь повлияло на него.

Нам предстоит понять, что стих Пастернака – реминисценция как пушкинского, так и блоковского стихов, что все три стиха кровно связаны друг с другом.

Итак, стихотворение Блока.

ПОЭТЫ

За городом вырос пустынный кварталНа почве болотной и зыбкой.Там жили поэты, – и каждый встречалДругого надменной улыбкой.Напрасно и день светозарный вставалНад этим печальным болотом:Его обитатель свой день посвящалВину и усердным работам.Когда напивались, то в дружбе клялись,Болтали цинично и пряно.Под утро их рвало. Потом, запершись,Работали тупо и рьяно.Потом вылезали из будок, как псы,Смотрели, как море горело,И золотом каждой прохожей косыПленялись со знанием дела.Разнежась, мечтали о веке златом,Ругали издателей дружно,И плакали горько над малым цветком,Над маленькой тучкой жемчужной…Так жили поэты. Читатель и друг!Ты думаешь, может быть, – хужеТвоих ежедневных бессильных потуг,Твоей обывательской лужи?Нет, милый читатель, мой критик слепой!По крайности есть у поэтаИ косы, и тучки, и век золотой,Тебе ж недоступно все это!..Ты будешь доволен собой и женой,Своей конституцией куцей,А вот у поэта – всемирный запой,И мало ему конституций!Пускай я умру под забором, как пес,Пусть жизнь меня в землю втоптала, —Я верю: то Бог меня снегом занес,То вьюга меня целовала!1908

Прочтя этот стих, можно сделать вывод о том, что его автор, поэт Александр Блок (или его лирический герой) – бездомный пьяница, считающий к тому же, что настоящая жизнь не у того, кто «доволен собой и женой», а у человека, свободного ото всех условностей мира и поэтому одинокого.

Что он живет в будке, как пес.

Что он клянется в дружбе, лишь когда напивается.

Вместо еды – вино.

Утром, вместо того чтобы радостно идти на работу, как на подвиг, он запирается в своей будке!

По утрам его рвет!

Великолепная жизнь!

А перспектива в ее окончании – «умереть под забором, как пес».

Разве не ужасное стихотворение?

И этого пьяницу, человеконенавистника, лицемера читают как великого державного поэта?

Прекрасный образец для подражания и воспитания! А знатоки и любители поэзии Блока, с полным к тому основанием, рассердятся на меня: ведь я мог выбрать из сотен его стихов совершенно иные мотивы.

Одно только хрестоматийное «Девушка пела в церковном хоре» чего стоит.

Или «О, я хочу безумно жить…».

Или вспомнить, что, умирая, Блок не полз к забору, как пес, а отправился прощаться к Пушкинскому Дому:

Вот зачем, в часы закатаУходя в ночную тьму,С белой площади СенатаТихо кланяюсь ему.

Я же выбрал весьма специальный и совсем не характерный для Блока стих. Да еще предлагаю всем читателям этой книги обратить на него особое внимание.

Стоит ли он такого внимания?

Так вот, во-первых, вы не могли не заметить, что тема стихотворения Блока перекликается с пушкинским стихом и, безусловно, оказала влияние на стих Пастернака.

И здесь, в этом стихе, принципы того, что Мандельштам называет орудийностью, доведены до совершенства.

До такого совершенства, что стих скрывает в себе прямо противоположный смысл.

Уже первая его строчка ведет непосредственно к Пушкину.

За городом вырос пустынный квартал.

Что же здесь пушкинское? Все! Но только не впрямую.

Например, слово «пустынный» – очень часто встречающееся у Пушкина слово. И означает оно «одинокий».

Помните это – «свободы сеятель пустынный»?

Или «пустынная звезда»?

Или «на берегу пустынных волн»?

После Пушкина никто не употреблял в поэзии этого слова.