Читаем Тайны языческих богов полностью

До наступления цивилизации отношение к покойному было почти идентично принятому ныне в тех уголках земли, куда цивилизация еще не проникла. По крайней мере так обстояло дело до недавнего времени. Начиная с эпохи мустье, умерших хоронили в могилах, вырытых в земле; часто (но не всегда), телу придавали скрюченное положение, снабжали покойного едой, питьем и другими приношениями, такими, как красная охра, раковины, амулеты и украшения, считавшимися необходимыми в путешествии на тот свет и для возобновления жизни усопшего или его духовного двойника по ту сторону могилы, а также для поддержания его статуса. Простейшим способом было и остается захоронение в скрюченном или в выпрямленном положении в траншее или цисте из каменных плит. Иногда могилу наполняли красной охрой — символом оживления, и обычно прилагали погребальный инвентарь. В эпоху палеолита в Дордони захоронения подобного рода часто происходили в пещерах, которые, случалось, одновременно служили и жилищем.

Пещерные погребения

Погребения в пещерах, устроенные, в первую очередь, в целях безопасности и секретности, дают возможность предположить существование широко распространенной веры в подземную страну мертвых, т. к. обычно представляется, что пещеры ведут в земные глубины. Круйит (Kruijt) полагает, что индонезийцы помещают бренные останки в пещеру или яму, потому что считают их входом в преисподнюю. Эта вера, утверждает он, была настолько основательной, что одно время ее придерживались повсеместно; по его мнению, это доказывается существованием погребальных пещер у народов, ныне живущих и в горах, и в долинах212. Пещерные погребения всегда были и остаются более широко распространенными, чем захоронения в могилы, но количественное соотношение между ними не установлено. У индонезийцев есть поверье, что души умерших или остаются на земле, или возвращаются на остров, изначально служивший домом213. Поэтому кажется вероятным, что в Индонезии ассоциация между преисподней и пещерным захоронением возникла позднее, чем там появились первые могилы.

В районе Тихого океана, везде, где умерших хоронят в пещерах, особенно, если дело касается вождей, часто церемония упрощается с целью предотвращения попыток вторжения в гробницу.

Например, на о-ве Пасхи тела дяди и двух племянников при помощи веревки опустили в расселину утеса, для того чтобы они не попали в руки врагов214. В Анейтиуме (Новые Гебриды), где вера в подземный мир не была распространенной, вождей традиционно хоронили, оставляя их голову на поверхности земли. Плакальщицы следили за могилой до тех пор, пока кожа на черепе не разлагалась, после чего череп помещали в пещеру215. На о-вах Бэнкса обычный способ — ингумация, но есть случаи погребения в пещерах216. Характер погребения, кажется, никак не связан со статусом умершего. То же относится и к южной Меланезии, где, несмотря на преобладающую роль веры в преисподнюю, приняты различные способы погребения. Самым распространенным из них является захоронение с изъятием черепа и нескольких определенных костей после эксгумации тела. Иногда они могли храниться в целях безопасности в пещере или дома217.

Культ черепов

Большое внимание, уделяемое черепам, является отголоском древнего культа черепов. Он, как мы видели, стал отличительной чертой погребального ритуала в начале плейстоцена. Впервые следы этого культа найдены в пещерах холма Драконовских костей близ Чжоукоудяня (Китай)218. Кости рядовых членов общины после разложения плоти собирали в кучу, как это было в коллективных захоронениях в Альмерии219. Труп важной персоны помещали в каноэ или внутри рыбы-меч и подвешивали в доме сына умершего. Через какой-то промежуток времени, возможно, даже через год, кости перекладывали в оссуарий, а череп и нижнюю челюсть вкладывали в фигуру рыбы пеламиды и оставляли в доме или помещали в общественный мавзолей (oha). Таким же образом мужчина может обходиться с останками жены, сохраняя в корзине ее нижнюю челюсть и предлагая ей время от времени еду220. В наше время на о-вах Малайского архипелага черепа отмывают и приносят в корзинах домой, где перед ними выставляют приношения. Эта процедура осуществляется после погребального пира. В положенное время черепа помешают в пещеры в горах221.

Вторичное погребение
Перейти на страницу:

Все книги серии Великие тайны истории

В поисках сокровищ Бонапарта. Русские клады французского императора
В поисках сокровищ Бонапарта. Русские клады французского императора

Новая книга известного кладоискателя А. Косарева, написанная в соавторстве с Е. Сотсковым, захватывает не только сюжетом, но и масштабом интриги. Цена сокровищ, награбленных и спрятанных Бонапартом при бегстве из России, огромна во всех отношениях. Музейное дело в начале XIX в. только зарождалось, и мы даже не знаем, какие шедевры православного искусства оказались в числе трофеев «Великой армии» Наполеона. Достаточно сказать, что среди них были церковные драгоценности и реликвии главных соборов Московского Кремля, десятков древних монастырей…Поиски этих сокровищ продолжаются уже второй век, и вполне возможно, что найдет их в глуши смоленских лесов или белорусских болот вовсе не опытный кладоискатель, не историк, а один из тех, кто прочитает эту книгу — путеводитель к тайне.

Александр Григорьевич Косарев , Евгений Васильевич Сотсков

История / Образование и наука
ТАСС уполномочен… промолчать
ТАСС уполномочен… промолчать

«Спасите наши души! Мы бредим от удушья. Спасите наши души, спешите к нам!..» Страшный в своей пронзительной силе поэтический образ из стихотворения В. Высоцкого лучше всяких описаний выражает суть сенсационной книги, которую вы держите в руках. Это повествования о советских людях, которые задыхались в гибнущих подлодках, в разрушенных землетрясениями городах, горели заживо среди обломков разбившихся самолетов, сознавая, что их гибель останется не известной миру. Потому что вся информация о таких катастрофах, – а их было немало, – тут же получала гриф «Совершенно секретно», дабы не нарушать идиллическую картину образцового социалистического общества. О разрушительных американских торнадо советские СМИ сообщали гораздо больше, чем об Ашхабадском землетрясении 1948 года, которое уничтожило многонаселенный город. Что уж говорить о катастрофических событиях на военных кораблях и подводных лодках, на ракетных полигонах! Сейчас кажется странной эта политика умолчания, ведь самоотверженность и героизм, проявленные во время катастроф, и были достойны стать примером верности самым высоким идеалам человеческих отношений. И потому столь нужны книги, которые приподнимают завесу тайны не только над землетрясениями в Ашхабаде или Спитаке, трагедией «Челюскина» или гибелью подлодки «Комсомолец», но и над теми событиями, что остались не вполне понятны даже их участникам…

Николай Николаевич Николаев

История / Образование и наука

Похожие книги

Knowledge And Decisions
Knowledge And Decisions

With a new preface by the author, this reissue of Thomas Sowell's classic study of decision making updates his seminal work in the context of The Vision of the Anointed. Sowell, one of America's most celebrated public intellectuals, describes in concrete detail how knowledge is shared and disseminated throughout modern society. He warns that society suffers from an ever-widening gap between firsthand knowledge and decision making — a gap that threatens not only our economic and political efficiency, but our very freedom because actual knowledge gets replaced by assumptions based on an abstract and elitist social vision of what ought to be.Knowledge and Decisions, a winner of the 1980 Law and Economics Center Prize, was heralded as a "landmark work" and selected for this prize "because of its cogent contribution to our understanding of the differences between the market process and the process of government." In announcing the award, the center acclaimed Sowell, whose "contribution to our understanding of the process of regulation alone would make the book important, but in reemphasizing the diversity and efficiency that the market makes possible, [his] work goes deeper and becomes even more significant.""In a wholly original manner [Sowell] succeeds in translating abstract and theoretical argument into a highly concrete and realistic discussion of the central problems of contemporary economic policy."— F. A. Hayek"This is a brilliant book. Sowell illuminates how every society operates. In the process he also shows how the performance of our own society can be improved."— Milton FreidmanThomas Sowell is a senior fellow at Stanford University's Hoover Institution. He writes a biweekly column in Forbes magazine and a nationally syndicated newspaper column.

Thomas Sowell

Экономика / Научная литература / Обществознание, социология / Политика / Философия