Тайны языческих богов

Таким образом, тогда как в Египте праздник Озириса отмечали в честь смерти и воскресения бога, олицетворяющего возрождение жизни во всем ее многообразии, в Вавилоне центром ежегодного праздника (Akitu) в месяце нисан становилось освобождение взятого в плен бога Мардука как воссоздание обряда (Епита elish), уничижения и возвращения к власти царя, его ритуального бракосочетания в качестве Таммуза с богиней для продолжения вегетации, обеспечения плодородия земли и определения судеб в начале нового года⁴⁴⁴. Хотя многие детали этого сложного ритуала остаются невыясненными, центральная роль царя совершенно очевидна. Но, возможно, покажется парадоксальным, что в кульминационный момент пятого дня праздника царя подводили к гробнице бога и там, перед статуей Мардука, с него снимали все знаки царского отличия, а верховный жрец бил его по щеке, ставил на колени и заставлял объявить, что он был невнимателен к божественному "владыке земель" или что он разрушил Вавилон. Затем царя снова возводили на престол, возвращали ему регалии и опять до слез били по лицу. Появление слез являлось благоприятным знаком, указывающим, что Мардук, чьей милостью он пользовался, благосклонен к нему.

Что случалось с царем после этого унижения, — можно только догадываться, так как тексты в этом месте заканчиваются. Из комментария, однако, становится ясным, что страдающий бог (Мардук), ранее заключенный в горе, то есть удерживавшийся там силами смерти, освобождался и возвращался к жизни, вероятно, с помощью существовавших тогда новогодних обрядов, ил которых самым загадочным был обряд реабилитации правителя. Так, на восьмой день восстановленный в правах царь со скипетром в руках возглавлял торжественную процессию, переносившую статую Мардука в Дом Празднеств (Bitakitu) за пределами города. Там в храме, посвященном Набу, сыну Мардука, вызволившему своего отца из заточения в горе, церемония продолжалась. Победа Мардука над силами хаоса (об этом сказано в мифах о сотворении мира Тиаматом) отмечалась грандиозным пиршеством. После возвращения в Вавилон царь и жрица в Эсагиле (храмовый комплекс в Древнем Вавилоне. — Прим. пер.) устраивали процедуру своего бракосочетания в зале (gigunu) на одной из ступеней зиккурата (ступенчатая культовая башня. — Прим. пер.), возможно, украшенного зеленью⁴⁴⁵ в знак возрождения плодородия полей, стад и людей после зимнего или летнего замирания.

Таким образом, новогодние празднества в Вавилоне были ритуальным оформлением и смерти, и воскресения бога, являвшегося властелином благоприятных условий плодородия. Заметим, что Мардук никогда не считался универсальной силой, как, например, Ра в Египте. Он — не более чем монарх, являвшийся динамическим ядром социальной структуры Месопотамии. Ни царь с правительством, ни боги не имели такого надежного и полностью безопасного положения в мире (с одним божеством в качестве постоянной трансцендентальной объединяющей первоосновы), какое обеспечивалось в египетской солярной теологии или у фараонов с Гором Осириса. Задолго до того, как мифология создания мира возникла на основе очень древнего ритуала смены времен года, восходящего к эпохе неолита, предшественниками новогодних обрядов были торжества "rites de passage", проводившиеся для преодоления критических стадий каждого нового сезона⁴⁴⁶.

Священная монархия несомненно играла значительную роль в этих обрядах, хотя точно установить, как она функционировала и как осуществляла сверхъестественный контроль за плодородием, достаточно трудно. Нам известно, что в древности на Ближнем Востоке институт царской власти считался основой основ цивилизации. Например, древнешумерский эпос утверждал, что "царская власть спустилась с небес" как дар богов, причем спускалась она дважды — до и после всемирного потопа в III тысячелетии до н. э.⁴⁴⁷ Это божественное происхождение власти сопоставимо с тем, как в долине Нила после объединения Египта под властью одного фараона его трон приобрел священный статус, дарованный богами, и монарх становился воплощением их воли. Более того, раз царь олицетворял собой плодоносные воды реки, заключавшей в себе все силы жизни, он сам являлся богом, приносившим плодородие Египту. В этом качестве он служил "пастырем каждого, без зла в своем сердце". Его бог Солнца "назначил быть пастырем земли, чтоб благоденствовал и народ, и всякий люд"⁴⁴⁸. А первейшая обязанность пастуха — обеспечить запас кормов. Поэтому он создал животворные воды и на праздниках урожая подносил богам сноп пшеницы как символ плодов, дарованных хлебородной землей.