Тайны российской аристократии

Подобное сверхковарство Грозного вполне допустимо. Однако следует учитывать и другую возможность. Женская половина московского дворца представляла из себя идеальную почву для рождения интриг и хитрых сплетен. Там были широко распространены представления о чародействе, всевозможные суеверия и наговоры. В 1467 г. умерла первая жена Ивана III. После ее смерти тело раздулось так, что висевший ранее покров теперь едва закрывал его. Стало очевидно, что княгиня умерла не своей смертью. Проведенное расследование обнаружило, что жена дьяка Алексея Полуектова ходила к великой княгине и послала ее пояс к ворожее. Иван III положил опалу на дьяка, однако, она была несравнимо мягкой – он только велел не пускать его к себе на глаза. Вероятно, доказательства были столь шатки, что окончательного обвинения не смогли сделать даже суеверные люди Средневековья. Известно, что общалась с ворожеей и брала у нее какие-то травы и коренья «для чадородия» несчастная первая супруга Василия III бездетная Соломонида Сабурова. Не будет натяжкой предположить, что именно среди придворных женщин Анастасии Романовны зародился план отравления царицы. Что послужило поводом мы, вероятно, никогда не узнаем, равно как и имя убийцы (убийц?). Однако царь умело использовал это обстоятельство для устранения опеки Избранной рады, стоявшей у руля государства с конца 1540-х гг., хотя сам не был уверен в их виновности – ведь даже в переписке с Курбским он не выдвигает прямых обвинений против ненавистных ему «попа» Сильвестра и «собаки» Адашева.

Библиотека Ивана Грозного: мифы и реальность

Особое место среди загадок древней столицы занимает таинственная Библиотека Ивана Грозного, по широко распространенному мнению, сокрытая где-то в московских подземельях. В тайне Библиотеки, не спешащей показаться на глаза публике, видят порой заклятие грозного царя, а порою – злонамеренность властей. Мол, «они» хорошо знают, где Библиотека, но не спешат открыть ее народу. Подобные взгляды во многом происходят от традиционной для России тенденции скрывать от общественного мнения не только опасные для власти вещи, но, порою и самые безобидные. Однако не меньшую роль играет обычное незнание и проистекающее из него мифотворчество.