Тайны русского народа

У нас было на сырой земле,Претворилися такие чудеса,Растворилися седьмые небеса,Сокатилися златые колеса,Золотые, еще огненные.Уж на той колеснице огненнойНад пророками пророк сударь гремит,Наш батюшка покатывает.Утверждает он святой Божий закон.Под ним белый храбрый конь.Хорошо его конь убран,Золотыми подковами подкован,Уж и этот конь не прост,У добра коня жемчужный хвост,А гривушка позолоченная,Крупным жемчугом унизанная;Во очах его камень-маргарит,Изо уст его огонь-пламень горит… [192]

Во всех этих огненно-золотых и конно-колесничных образах закодировано знание, восходящее еще ко временам индоевропейской этнической общности евразийских народов. Знания эти хранились в народной памяти, передавались от поколения к поколению и впоследствии были переосмыслены в тайной мистической поэзии русских сектантов.

Никакого религиозного содержания — ни старого, ни нового, ни ортодоксального, ни еретического — нет также в зачине хлыстовского песнопения, пронизанного народным космизмом и скорее всего целиком заимствованного из фольклора.

Красно солнышко восходит на сырую землюИ тьму ночи рассевая, а день предвещаяЛучами своими озаряет, все оживотворяет,Всем живущим возвещает, светом освещает,Теплотою согревает, на твердь поспешает,На небесном своде будет, всех земных разбудит. [193]

Стойкий интерес к небесно-космической проблематике постоянно держался у русских людей на протяжении тысячелетий. Во все времена тянулся русский народ к космическому знанию, черпая его из любых источников, в том числе — и заимствованных. В данной связи весьма показателен и поучителен один эпизод из русской истории, мало освещенный по тем или иным причинам в современной литературе. Он касается того всплеска интереса к переводной астрономической и астрологической литературе, случившийся в XV веке и неотделимый от тех центростремительных тенденций, которые характеризовали общественную и духовную жизнь России при создании единого государства во главе с Москвой. Раньше основным каналом проникновения ученой книжности на Русь была Византия, но после взятия Константинополя турками в 1453 году и падения Византийской империи в традиционных центрах русской книжности и культуры стали появляться и переводиться многие из популярных на Западе и Востоке сочинений не только научной, но и околонаучной тематики — астрологических, предсказательных, гадательных и прочих книг.

Не в последнюю очередь данный интерес был стимулирован и тем серьезным идеологическим потрясением, которое пережила православная Русь в конце XV века, когда в Новгороде, а затем и в Москве, подобно заразе, распространилась так называемая ересь «жидовствующих», охватившая самые различные слои русского люда. Борьба с ересью потребовала мобилизации всех духовных сил лучших представителей православной церкви, что было особенно трудно, так как поначалу на закордонную пустышку клюнул и отнесся к ней не без благосклонности сам Великий князь Московский Иван III. По счастию, Государь всея Руси был быстро образумлен и направлен на путь истинный главным ниспровергателем ереси «жидовствующих» Иосифом Волоцким(1439/40–1515).

А начиналось все просто и невинно. Находясь под непрекращающимся давлением Москвы и изнемогая от внутренних противоречий, одна из антимосковских группировок, ориентировавшихся на Литву, пригласила в 1470 г. в Новгород литовского князя Михаила Олельковича. В его свите прибыл и ученый-астролог, иудей-караим, уроженец Кафы (ныне Феодосия) по имени Схария (Захарий Скара). Князь Михаил вскоре возвратился домой, а Схария не только остался, но и пригласил из Литвы еще двух ученых евреев. Вместе они-то и развернули в Новгороде тайную еретическую пропаганду — сначала среди православного духовенства, а затем и среди мирян, загипнотизировав всех своими пророчествами и посулами.