Тайны русского народа

Олицетворением Солнца в конечном счете были и знаменитые циклопы (киклопы) (в переводе с греческого — «круглоглазые») — дети Неба-Урана и Земли-Геи. Единственный огромный глаз циклопа как раз и символизировал Солнце. Известна версия — и она была достаточно распространенной в античные времена, — что Афина-Паллада была дочерью вовсе не Зевса, а циклопа Бронта (Грома). Связь Афины с циклопами подтверждают также орфические тексты (переведены на русский язык А. Ф. Лосевым): именно они научили Афину и Гефеста «всем искусствам, которые небо содержит». [219]

В таком случае становится понятным смысл архаических изображений Афины в плаще, усыпанном свастиками. Последние, как известно, являются древнейшими символами Солнца, а также огня. Точно такие знаки обнаружены археологами на славянских пряслицах [220](рис. 134). Если Афина — дочь Солнечного Циклопа, то вполне естественна и сопутствующая ей символика. Впрочем, возможны и иные объяснения. Известны попытки интерпретировать свастику как стилизованное изображение птицы [221](рис. 135). Если согласиться с данной версией, то Афина попросту становится в один ряд со всеми Птицедевами Евразии и Гипербореи. Солнце же сливается с образом птицы, как это было в Древнем Египте.

Лишь в позднейшей интерпретации Гомера циклопы превратились в кровожадных людоедов. Через рассказ о спутниках Одиссея, которых сожрал циклоп Полифем, искаженный образ небесных великанов внедрился и в сознание современного читателя. Сохранился и истинный смысл понятия «циклоп»; слово — корень «цикл», означающий «круг», в самых различных смыслах вошел в повседневный обиход, науку и технику. У наших предков было более правильное представление о циклопах как могучих сынах неба. Известна гравировка на древнерусском браслете, изображающем одноглазого циклопа-Солнце, натурально рождающегося из лона Небесной зари (рис. 136). Данный сюжет повторяет представление древних египтян о рождении Солнца-Ра Небом-Нут (рис. 137). Древнее общечеловеческое представление о небесно-солнечных закономерностях, движении солнечного светила по небосклону сохранилось в мировоззрении всех народов.

Эта идея воплощалась также и в народном орнаменте, связанном с кругом или колесом. Так, на лопатках прялок изображалась Земля, освещенная Солнцем. На двух боковых «серьгах» лопаток помещали восходящее и заходящее Солнце, а его дневной путь отмечался различными солнечными знаками в верхней части прялки, расположенными как бы по дуге небосвода (рис. 138). В центре прялки помещалось или огромное Солнце, или же искристая композиция из пятилучевых розеток, символизирующих «белый свет», [222]то есть всю Вселенную (рис. 139).

Солярные (солнечные) мотивы из глубин веков дошли до наших дней также в виде вышивок, кружевов, украшений, росписи посуды, резьбы по дереву, оконным наличникам, внутреннего убранства покоев и т. п. (рис. 140). Русский дом — это целая избяная Вселенная, отразившая в народной памяти Большой Космос, со всех сторон окружающий людское племя и глядящая на него тысячью глаз звезд и светил.

Космические знаки и символы несут двоякую нагрузку: во-первых, выражают непосредственную причастность человека к космической стихии и, во-вторых, что вытекает из первого, — защищают человека силой космического огня и света от темных и враждебных поползновений. Таковы «громовые или солнечные знаки» — колеса (розетки) с шестью спицами (их количество может быть иным), которые вырезались над дверями, на матице, наличниках, мебели, утвари.

Своими корнями солярно-космическая символика уходит в самые глубины общечеловеческой истории и культуры. Среди северных петроглифов, то есть Гиперборейского порубежья, выделено множество имеющих солярное и лунарное значение.

В процессе межэтнических контактов протославяне соприкасались с китайцами, которые обратили внимание на обычай наших предков катать зажженное колесо по снегу. Обмотанное колосьями коло просмаливалось, затем его зажигали и так, огненный символ Коло-Солнца, катали, проткнув палку во втулку, по снегам, заставляя их таять. [223]

Этот архаичный обычай, связанный еще с доарийским и постарийским культом Солнца, сохранился и в традиции зажигания колес во время самых буйных языческих праздников — на Масленицу при встрече весны и на Ивана-Купалу в день летнего солнцестояния. Обычай этот — один из неотъемлемых элементов незыблемых обрядовых традиций. Другой неотъемлемый элемент тех же традиций — обрядовые песнопения.

Обрядовая поэзия, которая еще недавно была неотторжимой частью русской жизни, ныне воспринимается по большей части как архаический памятник народной словесности. Ранее крестьяне пели древнейшие песни, уходящие в языческое прошлое, не задумываясь над их истинным смыслом. Современный читатель, полностью утратив исполнительскую и ритуальную культуру, имеет тем не менее счастливую возможность вдуматься в казалось бы простенькие строки (записанные, к счастью, подвижниками-фольклористами) и обнаружить в них нетронутые пласты древнейшего мировоззрения.