Тайны русского народа

«Богородица великая мать сыра земля есть», — говорит Достоевский устами героини другого романа — «Бесы», что вполне соответствует действительной сути Богородицы, ее земным и одновременно вселенским корням.

Общность судьбы и происхождения у всех народов образа Матери-земли и Богоматери неоднократно подчеркивал Николай Клюев:

Но это было! Было! БылоПорукой — лик нездешней силыВладимирская Божья Мать!В ее очах Коринфа златьМемфис и пурпур ФиникииСквозят берестою России…………………..Со стен, где олова прослоиИ сколы золота, как рои,По ульям кварца залегли,То груди Матери-земли.

Эти строки из поэмы «Песнь о Великой Матери», недавно найденной в архивах бывшего КГБ, — апофеоз поэтического настроя русской души, не мыслящей самой возможности своего существования вне единения с родной землей, то есть Родиной.

В «Песни о Великой Матери» образ реальной матери поэта соединен с Родиной (Русской землей), и Софией на семи столпах, что смежила солнечные очи. Точно так же и в одном из писем из Сибири, написанном незадолго до расстрела, Клюев обращается к весеннему Солнцу и к Матери сырой земле. [271]В этом обращении как бы содержится последний поклон и завет всем, кто остался жить на нашей земле.

«Материя» и «мать» — слова одного корня. Они взаимно связаны и взаимообусловлены не случайно-этимологически, а закономерно-генетически. Материя в нынешнем философском понимании соответствует древнейшему мировоззренческому понятию Мать Сыра Земля. В прошлом она означала не просто Землю-кормилицу и Матерь всего живого, но и начало всего сущего, включая и мир образов и понятий. В языческом миропонимании Земля становится Матерью потому, что соответственно является женой (любовницей) Богов — причем именно многих и разных. Результатом этого (естественного для праславян) группового брака появляются на свет (рождаются), непрерывно сменяя друг друга: Весна, Лето, Осень, Зима. В поэтическом сборнике «Славянские Боги» (вышедшем в Ровно в 1936 г.) Александр Кондратьевписал:

Земля прекрасная, любовница Богов,Для каждого из них меняешь ты нарядыЛишь пробудят тебя весной Дажбога взгляды,Ты сбрасываешь свой белеющий покровИ ризой в зелени пестреющих цветовПленяешь божий взор. Веленьям властным ЛадыПокорная, любви внушаешь все отрадыС небесным юношей. Но вот из облаковЗлатобородый царь свой лик покажет смелыйИ страсти молнией нежданно опалит,И для Перуна ты приемлешь новый вид —Убранства желтые, как нивы колос спелый.А там зима идет, и стан твой вновь обвитДля князя сумрака одеждой снежно-белой.

Подытоживая тысячелетний путь формирования и развития русского мировоззрения, Сергей Булгаков напрямую указывает на сродство и генетическую преемственность между традиционным народным понятием Мать-сыра-земля и философской категорией материи. При этом скупые строки абстрактно-теоретического анализа непроизвольно переходят у о. Сергия в боговдохновенный поэтический гимн Земле священной: