Тайны русской империи

Принципы его геополитических идей остаются современными и поныне. Его книги: «Упорядочение торговли» (1902), «О причинах нашей войны с Японией. Кто виноват?» (1906), «Семь лет на Ближнем Востоке. 1879—1886. Воспоминания политические и личные» (1906), «Революция сверху» (1907), «За кулисами дипломатии» (1908) и поныне могли бы приносить пользу Родине, но, к сожалению, этот автор забыт.

Основные задачи внешней политики России. Иван Иванович Дусинский (псевд. Арктур) (18?? —1919). Другим русским «геополитическим изгоем» можно по праву назвать И.И. Дусинского — блестящего публициста и убежденного панслависта. Как и о Ю.С. Карцове, о нем известно очень немногое. В 1910-е годы он был помощником библиотекаря Императорского Новороссийского университета. Сотрудничал в правой одесской газете «Русская речь», в которой печаталась его капитальная работа «Основные вопросы внешней политики России в связи с программой нашей военно-морской политики».

Предметом политики И.И. Дусинский считал учение о целях государства и о способах достижения этих целей. «Политика, — писал И.И. Дусинский, — это творчество народа, его великая неписаная поэма, бросаемая в труде и поте, в творческих порывах и в упоении побед на страницы истории, это поэзия дел, из которой потом вырастают роскошными цветами народной поэзии и песни художников слова. В политике сказывается не только трезвый и расчетливый ум, взвешивающий события и оценивающий людей: в нем, быть может, еще большую роль играет творческое воображение, увлекаемое высокими идеалами и любовью к родине и почти стихийно-жаждущее воплотиться в видимую оболочку великих дел»^{259}.

В жизни империи и нации периодически возникают моменты, когда перед ними встает вопрос о цели их политических стремлений. В эти моменты в сознании нации возникают как старые, так и новые идеалы, дающие народу дополнительные силы в реализации своих заветных политических мечтаний.

В преддверии мировых войн И.И. Дусинский промыслительно указывал настоящее естественное место России в конгломерате политических интересов разных государств. «Россия, — писал он, — держава прежде всего континентальная, сухопутная, не имеющая заморских колоний и обладающая крайне незначительными морскою торговлею и коммерческим флотом. При таких условиях стремиться стать во главе любой из борющихся за морскую гегемонию великодержавных групп было бы просто смешно. Это не значит, разумеется, что могущественная русская держава должна отвернуться от моря и флота и перестать интересоваться им… Совсем напротив, это значит, что участие России в той или иной комбинации должно преследовать, прежде всего, цели русские… и что, содействуя одной из сторон в достижении поставленной ею цели, Россия должна работать в то же время для себя»^{260}.

Дусинский И.И., как политический идеолог, глубоко верил в индивидуальность государства, которая в разные эпохи проявляет ее с разной силой в зависимости от внешней политической конъюнктуры. Именно поэтому во внешней политике невозможно выдумать каких-то аксиом на все времена. Успешная и правильная политика не есть что-то раз и навсегда изобретенное, она изменяет свои показатели в зависимости от времени, от сложившейся ситуации, от изменений, часто внешне абсолютно случайных.

Русское государство, по мнению И.И. Дусинского, еще не развило окончательно своих физических сил, его внешний рост находится еще в процессе совершения. Империи, прежде внутренней отделки, еще предстоят некоторые территориальные увеличения, что чрезвычайно важно, поскольку «прекращение его (роста. — М.С.) раньше времени было бы явлением болезненным и вместо ожидаемого в итоге развития красавца-богатыря дало бы миру просто очень большого урода»^{261}.