Тайные практики ночных шаманов. Эргархия – Ночная группа

Я почувствовал отвращение к предстоящим обманам, но потом посмотрел на себя со стороны, наблюдая за возникшим нежеланием разыгрывать роль наивного новичка. И понял, что деи преподают нам важный урок: они заставляют нас пережить расслоение людей по уровню знаний не только в Бучаке, но и в остальном окружающем нас мире. Я осознал, что рядом с нами в обычной жизни присутствуют те, кто точно так же, свысока смотрят на нашу наивность, а мы и не подозреваем в дворнике или водителе автобуса человека, знающего гораздо больше нас. Одно дело – тайно наблюдать за другими, когда мы разделены полупрозрачной стеной, здесь нет лжи и притворства, другое – притворяться внутри группы такими же, как они, глядя им глаза и скрывая истинное предназначение занятий.

Нужно было не просто маскироваться, а суметь надеть на себя маску. Я увидел странную связь между предстоящей ролью, вторгающимися в сознание масками деев, которые «натягивал» на себя Инструктор, и масками, висевшими в шалаше Скандинава. Принцип маски…

Как-то во время занятий я подумал, что, возможно, помимо нашего тайного внедрения в Дневную группу, в нее введены и находятся рядом с нами и другие, скрытые и от нас люди. Это была пугающая мысль. Под видимой оболочкой привычной социальной жизни шли невидимые для простого обывателя процессы, тайная жизнь, совершенно непохожая на то, что мы обычно считаем жизнью.

В Дневной группе мы присутствуем открыто, но наши мотивы, желания и поступки скрыты от группы, ее участники не знают ни того, что на самом деле происходит рядом с ними, ни истинных целей занятий. А мы знаем. Наверняка рядом с нами есть еще и другие, такие же внедренные агенты. И, скорее всего, кто-то скрытно присутствует и в нашей Ночной группе. Я вдруг остро ощутил присутствие Тайны, живущей рядом с понятным миром. Я понял, что наши деи – не маленькая группка, а часть огромной машины, скрытно присутствующей в обществе и скрытно же управляющей многими процессами в окружающей жизни.

Я читал книги про масонов и про тайные общества, в том числе и те, что издавались еще до революции. По рукам ходил кустарный перевод «Утра магов» Бержье и Повеля – книги, повествующей о невидимой стороне истории двадцатого века. Мне всегда казались преувеличенными рассказы про тайное управление обществом и магические ордена. Но тут передо мной была модель тайного общества и тайного знания.

По отношению к Дневной группе мы были тайным обществом и владели тайным знанием, каким бы незначительным по отношению к знаниям наших инструкторов оно ни было. Для меня это стало уроком: знания нам передавались не только в виде инструкций, но и в виде символических ситуаций.

Я стал присматриваться к новичкам. Так же, как и мы, «ночники», когда-то, еще в самом начале занятий, они не понимали происходящего, видели во всем только «саморегуляцию».

Два человека – из Киева и из Москвы – явно шли по нашему пути. С ними вел свои «разъяснительные беседы» Локка, рассказывая, наверное, как и нам, про «истинную природу занятий» и коварные замыслы Барбароссы и Доктора. По ночам мы обсуждали каждого из «дневников», пытаясь понять, кто составит нам компанию в ближайшем будущем, но только эти двое казались кандидатами в Ночную группу.

Дневная группа и ее занятия практически повторяли наш опыт. Были те же пробежки, те же Растворения восприятия и те же ночные прогулки по лесу в поисках светящихся полян.

Искать поляну я не собирался, а вот укрепить опыт столкновения со Светящимся Змеем было бы полезно. Я обнаружил, что любознательный киевлянин (я назвал его Тополем за прямую осанку) после первого столкновения со светящейся поляной начал собственное расследование.

Кобра так же, как месяц назад мне, рассказала ему о Светящемся Змее в Голубом Каньоне. Логика его действий напоминала мою.

Тополь ждал выхода группы в лес. Когда группа наконец убежала, отправился в Каньон. Я увидел, как за ним скользнула тень Упыря. Очевидно, в его обязанности входил контроль над состоянием потенциальных кандидатов в Ночную группу. Выждав минут двадцать, вслед за ними отправился и я.

Я разместился в самом неудобном месте. Это давало гарантию того, что с Тополем мы не пересечемся. Когда мои глаза привыкли к темноте (а эта ночь, как и та, когда я увидел Змея, была такой же безлунной и беззвездной), в метрах ста от меня выделилась фигурка Тополя.

– Сиди тихо и не шевелись, – раздался над ухом шепот Упыря.

Он крепко сжал мое плечо и сел сзади меня.

Прошел час. Сначала появилась давящая тяжесть в голове. Месяц тому назад я бы не обратил на нее никакого внимания – мало ли что может быть с недосыпу. Потом тяжесть сгустилась и превратилась в черный жгут внутри меня. Эта была какая-то особая жирная чернота.