Если Цзян Цзинго в 1978 году говорил, что «Китайская Республика придерживается антикоммунистической позиции и никогда ее не изменит» и что тайваньцы «никогда не пойдут на переговоры или компромисс с врагами», то Ли Дэнхуэй считал, что «Тайвань и материк – это неразделимые части единого Китая».
Он говорил, что «все соотечественники связаны кровными узами». А раз так, то он призывал КПК к переменам – тем самым, что привели Тайвань к экономическим успехам во второй половине XX века и превратили остров в одного из «четырех азиатских тигров». Он утверждал, что в то время, как большое количество стран, включая СССР и Россию, объявляют об отказе от коммунистической экономической системы, диктатур и прочих соответствующих атрибутов, у КПК нет оснований для сопротивления объективным тенденциям демократизации. То есть, по сути, Ли Дэнхуэй объявил, что мирное воссоединение Тайваня с материковым Китаем возможно, но только при условии перемен в КНР.
За последние сорок с лишним лет товарищи по партии и соотечественники из разных провинций и разных местностей составили из себя сильную жизненную общность в своем стремлении искоренить коммунизм и осуществить великое дело воссоединения Китая с демократией, свободой и равенством.
Ли Дэнхуэй говорил о «жизненной общности», но этим его словам не хватало идеологической четкости. По этой причине его риторика не смогла стать основой политической консолидации тайваньского общества.
С начала 1995 года между США, КНР и Тайванем стали нарастать «элементы неопределенности», и тогда Ли Дэнхуэй опубликовал свою программу из следующих шести пунктов:
– в условиях раскола страны надо искать возможность объединения;
– следует развивать отношения, поставив во главу угла интересы Тайваня;
– необходимо повысить объемы торгового сотрудничества на взаимовыгодных условиях;
– Тайвань и КНР должны равноправно участвовать в международных организациях, а лидеры двух стран могут наносить визиты друг другу;
– Тайвань и КНР должны разрешать свои разногласия на мирной основе;
– Тайвань и КНР должны способствовать развитию и благосостоянию Гонконга и Макао.
Будучи избранным на прямых президентских выборах, Ли Дэнхуэй начал позиционировать остров как самостоятельное государство. Он стал повсюду выдвигать теорию «двух Китаев», и на острове подошла к концу эпоха безраздельного правления Гоминьдана. В 1998 году Ли Дэнхуэй на заседании национального Совета по объединению заявил, что концепция «одно государство – две системы» носит двусмысленный характер, ибо под видом «двух равных систем» фактически «предлагает две неравные: центральную и местную».
Концепция «Одно государство – две системы» противоречива, поскольку гипотетически допускает возможность сосуществования коммунизма с капитализмом. Она к тому же и недемократична, так как в соответствии с ней власть реализуется сверху вниз, а не снизу вверх. Это противоречит целям демократического воссоединения, к осуществлению которых стремится Тайвань.
Плюс Ли Дэнхуэй с конца 1990-х годов предпринимал попытки вернуть Тайваню место в ООН, и его стали называть «главным представителем сепаратистских сил Тайваня», «саботажником стабильности в Тайваньском проливе», «камнем преткновения в развитии китайско-американских отношений» и т. д.
Ли Дэнхуэй пропагандировал «тайванизацию» и проводил достаточно агрессивную политику. Критики обвиняли его в предательстве интересов партии, которую он возглавлял с 1988 года. И он в 2000 году покинул Гоминьдан, после чего основал Тайваньский Союз Солидарности (Taiwan Solidarity Union) – партию, которая в настоящее время является частью коалиции вместе с Демократической прогрессивной партией (ДПП).
Ли Дэнхуэй говорил о мире и стабильности в регионе как о целях Тайваня, а также о трагедии «китайца, бьющего китайца», и он призывал к новому концепту, в котором все по-другому и «китайцы помогают китайцам».
Главным посылом президента оставался призыв к осознанию этнического и культурного единства граждан, прекращению любых боевых действий и провокаций и решению проблемы за столом переговоров.