Так кто же развалил Союз?

Правда, время было уже не то — это уже был не 1956 год, когда танками задавили Венгрию, не 1968-й, когда тем же способом «призвали к порядку» Чехословакию… Теперь приходилось думать о репутации Горбачева — демократа, миротоворца, проповедника «нового мышления», почти уже лауреата Нобелевской премии Мира. Определенного решения, как далеко можно будет пойти по силовому пути, в тот момент, видимо, еще не было (хотя кое-кто в партийной верхушке, в КГБ, надо полагать, уже давно расписывал разнообразные сценарии). Рассуждали — время покажет. Поживем — увидим.

Литва отменяет так и не объявленный мораторий

К концу декабря стало окончательно ясно, что Москва фактически отказывается даже от тех «куцых» переговоров, которые вроде бы велись между ней и Вильнюсом (хотя, как мы видели, все уперлось уже в заключение предварительного протокола к переговорам). К тому же постоянно раздавались угрозы об использовании против Литвы военной силы. Несмотря на протесты литовских властей советские войска начали патрулирование городов республики. Поэтому 28 декабря литовский парламент принял постановление об аннулировании той части заявления от 29 июня, где речь шла о моратории на исполнение Акта о восстановлении независимости.

Напомню, в этом заявлении говорилось, что мораторий будет действовать в течение ста дней С МОМЕНТА НАЧАЛА ПЕРЕГОВОРОВ с Советским Союзом. А поскольку переговоры по-настоящему так и не начались, то и мораторий фактически не действовал ни дня и ни часа.

У Москвы остался последний способ попытаться усмирить смутьянов — тот самый, военный, силовой. Подготовка к нему, как уже говорилось, по-видимому, уже давно велась, несмотря ни на какие переговоры или их имитацию…

Ландсбергис:

«Советы не реагировали (на отмену заявления, где говорилось о будущем моратории. ─ О.М.), возможно, не заметили, не обратили внимания, целиком занятые подготовкой к силовому решению литовской проблемы… Мы никому ничего не объясняли. Мы исполнили долг, очистили совесть и ждали своей участи».

Катастрофа все ближе

«Задолженность советских внешнеторговых объединений (перед иностранными фирмами-поставщиками. — О.М.) нарастает. Это создает острые народно-хозяйственные проблемы. Заместитель министра внешнеэкономических связей В.Воронцов — заместителю председателя правительства СССР С. Ситаряну (10 апреля 1990 года):

«Министерство внешнеэкономических связей СССР докладывает, что по состоянию на 5 апреля с.г. по оперативным данным Внешэкономбанком СССР задержана оплата поручений внешнеэкономических объединений на платежи за границу на общую сумму 656 миллионов рублей в свободно конвертируемой валюте… Фирмы ФРГ («Маннесманн» и другие)… угрожают блокированием наших поступлений от поставок газа».

«Параллельный рост российских закупок зерна и цен на зерно на мировом рынке привели к быстрому повышению валютных расходов СССР, направленных на финансирование зерновых закупок… Министр внешнеэкономических связей СССР К.Катушев — председателю Государственной внешнеэкономической комиссии СССР С. Ситаряну (13 апреля 1990 года):

«На сегодняшний день ряд иностранных фирм («Луис Дрейфус», «Фризахер», «Бунге» и другие) уже прекратили отгрузки товара в СССР, и суда, зафрахтованные под перевозку зерна и хлебофуражных культур, уже несколько дней стоят в портах в ожидании решения вопроса (об оплате товара Советским Союзом; валюты на это уже не хватает. — О.М.)»

ЕЛЬЦИН — ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА

Горбачев противодействует избранию Ельцина

16 мая 1990 года открылся I Съезд народных депутатов РСФСР. Среди прочего, на нем предстояло выбрать председателя российского Верховного Совета. В числе кандидатов, естественно, был и Ельцин. Понимая, что избрание его главного оппонента спикером российского парламента — серьезнейшая угроза для него, Горбачев делал все, чтобы не допустить этого. Кого противопоставить Ельцину? Вспоминает Вадим Медведев:

«На встрече с коммунистами — руководителями республик и областей, которую поручено было провести мне и Воротникову, практически все, кроме иркутян, поддержали кандидатуру Полозкова».