Так начинался "Аквариум"

В те магические времена, когда АКВАРИУМ только начинался, Джордж стал ходить на занятия в музыкальную школу для взрослых, в класс ударных инструментов. Походил. Потом ещё чуть-чуть. Даже пользу некоторую ощутил – ведь преподавателями были опытные, классные барабанщики. Потом Джордж отчего-то перестал ходить в музшколу. Не то чтобы времени не хватало…Просто взял и перестал. Не в кайф стало. К тому же репетиции в театральной студии немного этому мешали. В общем, не покатило.

Finita. Caramba. Coda.

Боб, когда узнал об этом, был не слишком доволен.

Но и не был особенно расстроен.

Джордж мне говорил, что никогда, совсем никогда, совершенно никогда не жалел об одном своём поступке – то есть о том, что покинул АКВАРИУМ. Ведь в его жизни появился театр. Совместить его и АКВАРИУМ было невозможно. Двух таких зверей незачем держать в одной клетке. Правда, особенной радости в связи с его уходом никто из группы не испытывал (и сам Джордж – тоже), хотя глубинную, истинную суть произошедшего все понимали. Быть может, лучше остальных это прочувствовал Боб. Он понимал, что путь к своим мирам не бывает прямым и ровным.

Без малейшей связи с вышесказанным нельзя не сделать общим достоянием высказывание одного идиота, который заявил однажды (точная дата этого высказывания неизвестна), что в развале ленинградского рок-клуба виновата еврейско-аквариумная мафия. Когда Джорджу рассказали про эти дивные чудесные слова, был и удивлён, и зол немало, потому что терпеть не может никаких проявлений антисемитизма, и тем более, ежели они появляются в рок-н-ролльной среде. Боб, узнав об этом, заявил : «Высокий класс! АКВАРИУМ как аналог масонов. Польщён!».

На Алтайской Боб и Джордж нередко заходили в гости друг к другу. Даже часто. Так продолжалось из года в год, много лет подряд. Однажды Боб пришёл к Джорджу – кстати, такими радостями –глупостями, как угощение друг друга чаем или кофе, они никогда не занимались. Правда, Джордж предполагает, что «угощательно-закусывательной» частью визитов, скорее всего, занимались мамы или бабушки. Итак, когда Боб пришёл к Джорджу, то тот показал ему своё стихотворение, которое недавно написал. Боб тут же, сходу, сочинил песню, и спел её, и она была записана на любительский пленочный магнитофон. Только запись за долгие и извилистые годы не сохранилась. Джордж помнит мелодию той, исчезнувшей песни. Оказывается, Боб тоже её не позабыл, и даже вспомнил – когда Джордж ему показал текст – это стихотворение. Только записывать заново не захотел. Наверное, он прав. Сложно теперь воскресить то, что жило и бурлило в доисторическом 1972 году.

В глазах твоих, уставших плакать

Я видел страх за завтрашний рассвет

К руке моей, слезой её закапав,

Прижалась ты, прекрасна как сонет

Как мотылёк, в огне свечи сгоревший,

Ты гибнешь, ангел света и добра.

На льду вдруг столько стало трещин

И тонет всё, надёжное вчера.

Тиши ночной обманчиво молчанье

И голоса полны печальных нот,

Оставил день нам звуки на прощанье

Бредущих по асфальту ног.

Эта песня не сохранилась. Немного жалко.

Только этот день – этот вечер – этот миг – этот взлёт – всё равно остался и сохранился навсегда.

Он никогда и никуда не уйдёт.

Когда Боб с Джорджем пугали в детстве старушек во дворе своими «откровениями» про шизофреников и про многоликие маниакально – депрессивные психозы, то примерно тогда… ну, или немного позже, в данном раскладе полицейско-ментовская точность особенного значения не имеет, – юный Пурушотамма умел издавать очень странный и специальный звук. С одной стороны, это немножко напоминало смех. Такой специальный смех – зевок с поскрипыванием, что-то вроде гортанного возгласа злодея-великана, страшно обрадованного тем, что он увидел сверху, с вершины своей жуткой горы очередную жертву, которая скоро попадёт к нему в лапы. В самом деле, когда Боб этот звук издавал, то Джорджу было понятно, что друг его чем-то весьма доволен. А если хрипло-скрипучее сотрясание воздуха слышал кто-нибудь из других людей, то запросто даже могло возникнуть небольшое недопонимание. В дальнейшем, в будущем уже давно ставшим вчера, звук исчез.

ДВИЖЕНИЕ В СТОРОНУ ПРИМАТА И ДРУГИЕ

Он не дотянул немного до тех времен, когда начался АКВАРИУМ.