Take It Off: история Kiss без масок и цензуры

Я играл на гитаре в группе под названием Mambo Jets. Интересный был коллектив, с Кимом Буллардом, который сейчас работает с Элтоном Джоном. Все началось в 1982-м, мы давали концерт в местечке Blue Lagoon Saloon в окрестностях Марины-Дель-Рей[51]. В группе я много солировал и был на переднем плане. Как-то вечером, закончив концерт, я направлялся к выходу и увидел в конце зала высокого парня. Он спросил, не будет ли мне интересно поучаствовать в прослушивании для KISS. Я прокручивал в голове: «Так, давай посмотрим… Я езжу на Volkswagen Rabbit, который только с толчка и заводится, каждый день ем консервированный суп Campbell. Какого хрена мне отказываться пройти пробы в KISS?!» Он сказал: «Выглядишь ты как надо. Позвони по этому номеру».

На другом, голливудском конце провода девушка сообщила, что мне нужно прислать пленку с демонстрационными образцами моих работ. Я связался с парнем по имени Тони Пелузо, гитаристом Carpenters. Мы сдружились с Тони, потому что он в те годы работал продюсером; он всегда заставлял мою гитару звучать в записи так, как я себе это представлял, никогда не перебарщивая с обработкой. А мы говорим о 1982-м, еще до цифровых технологий. Так что я собрал все свои кассеты с отрывками игры, где я звучал особенно хорошо – несколько песен, записанных в Айове, лос-анджелесские демки, какие-то живые выступления, – и отправился к нему домой. Из всего принесенного мной материала мы составили подборку. Я снова позвонил той девушке и затем заглянул к ней в офис на пересечении Сансет и Гоуэр[52]. В моем присутствии она прослушала кассету… и, кажется, была нисколько не впечатлена. Я подумал: «Просто очередной день моей жизни», – и ушел.

Спустя пару недель у меня зазвонил телефон… «Стив Фаррис? Это Пол Стэнли из KISS. Мы с Джином вчера послушали твою запись, и нам очень понравилось. Звоню узнать, не хочешь ли завтра зайти на Record Plant[53] – в рамках прослушивания мы позволяем парням играть на записи нашей пластинки». Я ответил: «Конечно», – так все и началось.

Что происходило на Record Plant?

Мне хотелось быть героем студии – этаким крутым наемником, который быстро врубается в расклад и дает жару. Я уже бывал там, но только поздно вечером. Мы говорим о старой Record Plant, сейчас она снесена, а на ее месте располагается торговый комплекс Beverly Center. Там было четыре студии. Итак, я приезжаю, шагаю по коридору. Том Петти[54] выходит из одной комнаты и заходит в другую. Лютер Вандросс[55] болтает по таксофону. Я подхожу к студии D, смотрю сквозь стеклянные двери, внутри стоят Джин Симмонс и Пол Стэнли, конечно, именно тогда я впервые увидел их без грима. Они стоят внутри, какой-то парень играет на гитаре, как оказалось, – Боб Кулик. Итак, Боб играет, а Майкл Джеймс Джексон руководит записью из-за пульта.

Они приветствуют меня: «Привет, чувак, ты как? Посиди тут – у нас пока другой парень на записи». Наконец Боб выходит, и нас знакомят. Дальше меня приглашают внутрь, и Пол говорит: «У меня Marshall в соседней комнате. Вот твой кабель». Я принес с собой педаль громкости, что-то еще и свою гитару Valley Arts Strat. Он обозначает: «Соль-мажор, шеститактовое соло. Мы подведем к бриджу[56] и дадим счет за такт до твоего вступления». Итак, они играют бридж, он подает сигнал рукой, я играю партию, и они говорят: «Давай еще дубль», – и я играю снова.

Джин останавливает запись и спрашивает: «Волосы в черный покрасишь?» А я: «Конечно». Он продолжает: «Умеешь ходить на высокой платформе и каблуках?» Я говорю: «Могу попытаться». А он добавляет: «Только налысо не стригись», – и все закатываются смехом. Майкл Джеймс Джексон пристально смотрит на меня и говорит: «Парень, ты что-то с чем-то». Так что соло, которое вы слышите [в песне Creatures Of The Night] – это второй дубль моего прослушивания! Без каких-либо дополнительных перезаписей – все так и произошло.