Take It Off: история Kiss без масок и цензуры

Что запомнилось ярче остального из студийной работы с KISS?

Простота. С Джином в студии очень легко работать. Ему нравилось все, что бы я ни делал, и он особо меня не поправлял – обычно ограничивался простым комментарием: «Отличная работа! Звучит круто!» Я понимал, чего от меня ждут, ведь уже играл на некоторых демозаписях, а все партии были разложены у меня в голове по полочкам. Я в совершенстве владел бас-гитарой – и до сих пор играю, – поэтому все проходило легко. Обычно хватало пары дублей, и песня готова. Писаться было плевым делом, группа работала очень слаженно. Под барабанные партии игра шла с легкостью. Никаких проблем.

Очевидный вопрос: почему Джин сам не играл басовую партию на тех треках?

Я читал множество теорий на этот счет: он был слишком занят этим, он был слишком занят тем. По мне, все это – ерунда. Мне кажется, он видел, что я чувствую эти песни, и ничего не имел против. Я близко дружил с группой, а Джин в этом плане не был эгоистом, он говорил: «Мне нравится его видение, если у Жана эта партия идет хорошо, давайте так и сделаем». Вот и все. Думаю, они сходились на том, что для песни так будет лучше.

В студии тебе когда-нибудь было неловко играть басовую партию на глазах у Джина?

Нет. По правде говоря, я чувствовал себя расслабленно. До этого я играл со Стиви Ван Зандтом, присоединившись к нему после работы в Plasmatics. Тогда я пришел в студию и очутился в окружении фантастических музыкантов – парней из группы Спрингстина[73], E Street Band. И с того момента в подобных ситуациях затруднений я не испытывал. Мне очень льстило, что Джин просил меня исполнять те партии.

А так как мое участие не оглашалось, я не воспринимал все слишком серьезно. Думал, что это так и останется неизвестным. Но в конечном итоге я узнал, что все-таки числюсь одним из исполнителей тех песен, и стал смотреть на это по-другому: «Ого. Я действительно играл басовые партии на этих песнях KISS. Кайф!» Мало кому из басистов выдалась возможность сыграть на записях одной из величайших групп в истории рок-н-ролла.

Пол указан единственным продюсером Animalize. В альбоме Asylum к нему снова присоединился Джин. Как бы ты сравнил Пола и Джина с точки зрения продюсерской работы?

Начнем с того, что они занимались продакшеном много лет – и точно знают, чего хотят. Они – очень педантичные продюсеры… их запись всегда организована на высшем уровне. Они тщательно планируют запись барабанной партии и всех остальных. Действовать наобум – это не про них. Существует четкий распорядок: в эти дни пишем барабанные (дорожки, они должны быть готовы тогда-то), затем пишем бас; вся работа будет проходить в этой студии. Процессы выстроены профессионально, с учетом предыдущего опыта. Эти парни – опытные продюсеры.

Чем отличались сессии записи двух альбомов?

Я бы не сказал, что впечатления заметно отличались. Сколько альбомов записали KISS? Немало. Потому что они разработали свою личную «формулу». Они много времени уделяли препродакшену[74] – занимались этим в SIR, если я не ошибаюсь, – и намечали этапы записи каждой из песен. Так было с обоими альбомами.

Помню, мы сидели на репточке, проходились по трекам, и Пол очень дотошно следил за партиями: «Сыграй вот это». Это говорилось не мне, а во время записи барабанной дорожки. Ведь безупречно записанные барабаны – это основа основ. Ты можешь перезаписать другие партии, но барабаны в те времена были… запишешь их, и все, больше уже ничего не сделать. Барабанная партия – вся структура и фундамент записи.

Гастролируя с Asylum, KISS отдали предпочтение очень гламурным и навороченным костюмам. Чем, по-твоему, объясняется характер моды тех лет?

Нас с Полом объединяет одна особенность – мы просто обожаем причудливые шмотки. Между прочим, мы немало времени провели шатаясь по магазинам. Мы все время искали и примеряли классные наряды. А несколько прекрасных портных шили Полу одежду специально на заказ… Так, в принципе, было и у меня. Я носил блондинистый ирокез и с ума сходил от леопардовых принтов и всего подобного.