Тамерлан. Потрясатель вселенной

Но Тохтамыш не сомневался в успехе — к тому же Тимур захватил некогда принадлежавший Золотой Орде Ургенч. Тохтамыш шел на войну со всей осторожностью, с тщательными приготовлениями, которым учили монгольские предания. Несколько отрядов Золотой Орды появилось у Каспийского моря, где тогда находился Тимур. Но вскоре в лагерь Тимура прискакал измотанный, еле державшийся в седле гонец. Он преодолел девятьсот миль за семь дней. И сообщил, что Тохтамыш с основными силами переправился через Сыр и вторгается в родную землю Тимура, от Самарканда его отделяют несколько переходов.

Тимур так быстро возвратился по большой хорасанской дороге, бросая охромевших лошадей, что появился раньше, чем Тохтамыш успел подойти к Самарканду.

Несколько пограничных крепостей выстояло против захватчиков с севера. Омар-Шейх, старший сын Тимура, встретился с ними в бою и проявил необычайную храбрость, однако потерпел поражение, и его воины рассеялись среди холмов, когда весть о приближении Тимура дошла до Тохтамыша, его тумены были разъединены, задача их была выполнена не до конца. Ордынцы сожгли дворец на окраине Бухары и ушли обратно за реку.

Но земли Тимура оказались частично опустошенными — войско Тохтамыша вытоптало посевы, захватило лошадей и пленников. А когда появились украшенные рогами знамена Золотой Орды, поднялись и знамена мятежа. На западе ургенчские Суфи — родственники Хан-Заде — выступили против эмира. На востоке племена джете из высокогорных долин сели на коней и устремились вниз грабить.

Назревала решительная борьба за власть. Тохтамыш, потомок Чингиза, приверженец ясы, надежда кочевников, привлек на свою сторону монгольские силы. Тимур, сын вождя небольшого племени, располагал только связанными с ним узами верности людьми из татарских племен.

Тем временем Тохтамыш скрылся в своих степях быстро, как лиса в логовище. Предугадать, где он нанесет очередной удар, было невозможно.

Тимур созвал к себе всех, кто командовал в боях и потерпел поражение от ордынцев. Наградил выказавших отвагу военачальников, а единственного бежавшего с поля боя наказал на свой манер — причесал как женщину, раскрасил ему лицо румянами и белилами, после чего отправил ходить босиком в женской одежде по улицам Самарканда.

Потом в самые лютые зимние холода Тохтамыш подошел с громадным войском к реке Сыр. Европейский монарх на месте Тимура отступил бы в Самарканд, бросив окружающие земли на произвол судьбы. Но Тимур не позволял себе никогда — даже во время обороны Карши — укрываться за стенами.

С ним была только часть войска — другая очищала восточные ущелья от джете. Уйти в Самарканд и предоставить Золотой Орде мерзнуть на открытой равнине представлялось самым безопасным. Но отдать страну во власть такому хану, как Тохтамыш, было бы катастрофой; зимние переходы были для северян самым обычным делом, а Суфи и ханы джете присоединились бы к ним. Военачальники советовали Тимуру отойти на юг и ждать, пока не сможет собрать воедино свои разрозненные тумены.

— Ждать! — воскликнул эмир. — Чего? Разве сейчас время ждать завтрашнего дня?

Приняв командование, он рассредоточил имевшиеся в его распоряжении войска и повел их к реке Сыр. Воины ехали под дождем и снегом, лошади по брюхо проваливались в сугробы. Они нападали на ордынские сторожевые заставы, пробирались между туменами Тохтамыша и громили его тылы. При умелом маневрировании Тимура они казались передовым отрядом большого воинства.

Узнав об их действиях в своем тылу, Тохтамыш решил, что за ними идут более сильные войска. И чтобы не сказаться отрезанным от северной дороги в такое время года, быстро отступил. Тимур отправил следом отряды с приказом не терять его из виду и поддерживать связь.

Весной, когда дороги просохли, Тимур выступил в поход сам, но на запад. Вошел в земли Суфи и осадил Ургенч. Несмотря на потери, город был взят и предан мечу. Теперь уж никаких поединков! Городские стены были подкопаны и повалены, дворцы и приюты сожжены, от Ургенча остались дымящиеся руины с обгорелыми телами. Уцелевших жителей увели в Самарканд.

После этого Тимур пошел на восток и отогнал джете за Алмалык, чтобы они в течение многих лет не тревожили его границы.

И лишь теперь, обезопасив себя на флангах, Тимур целиком отдался борьбе с Тохтамышем. Не дожидаясь появления Золотой Орды в своих землях, он собрал войска и устроил смотр на большой самаркандской равнине. Здесь эмир объявил о своем намерении. Он решил идти на север, в земли Золотой Орды, и там встретиться с ханом.

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ПУТЬ ЧЕРЕЗ СТЕПИ

Это решение таило в себе определенную опасность. Наполеон, поступивший подобным образом четыре с лишним века спустя, оставил французскую grende armee^{23} лежать в снегах России и Польши, хотя и взял Москву.

Тимур еще не встречался с Золотой Ордой на поле битвы.