Танк «Черный сепар»

Танк дернулся и развернулся. Передний край обороны ВСУ теперь уже можно было разглядеть и без всякой оптики, в обычные триплексы командирской башенки. В панораме мелькнул длинный ствол страшной противотанковой "Рапиры", потом в поле зрения косо промелькнуло небо, когда танк, ревя дизелем, взбирался на бруствер. Раздался скрежет металла о металл — это 46-тонный бронированный монстр раздавил длинноствольное противотанковое орудие. Но, похоже, расчет "Рапиры" разбежался еще раньше, потому что по ним никто не стрелял. Артем мельком глянул в боковой триплекс: чуть в стороне замер украинский танк, блоки динамической защиты и навесное оборудование на его башне вспучилось и висели металлическими клочьями, словно порванная шкура. Лобовой броне тоже досталось — верхний наклонный лист весь в черных подпалинах от взорвавшихся контейнеров динамической защиты. Ствол косо склонился на левую гусеницу, словно признавая поражение…

Броня танка Т-64БВ пробита не была, но взрыв 24-килограммового снаряда убедил украинский экипаж не геройствовать. Да, их и след простыл, судя по всему…

"Наша работа!" — удовлетворенно подумал Чернов.

— Женя, вперед и направо сворачивай.

— Понял, командир…

Вдруг что-то увесистое ударило по башне слева. Артем и его ребята почувствовали себя мышью в консервной банке, по которой со всей дури врезали молотком. На мгновение резко "вырубило" звук, невидимые тиски сдавили голову, а кишки в животе завязались в ледяной узел.

— Гришка, слева на десять часов — бей! — Чернов все же успел засечь вспышку. Он тяжело дышал, как боксер, отходя от нокаута. Собственно, это и был "нокаут", который стальной боец выдержал, не сбавляя темпа.

И тут же по рации истошно закричал кто-то: "Ракета!"

— Выстрел! — крикнул оглушенный попаданием наводчик. В подтверждение его слов привычно дернулся назад от отдачи массивный квадратный казенник пушки.

— Жека, рви вперед! Гриша — "Тучу"!

— Какая "Туча"?! Ее снесло!..

Танк, повинуясь воле механика-водителя, резко рванулся вперед. Вторая кумулятивная ракета переносного противотанкового комплекса, вертясь огненным волчком, ушла куда-то в сторону. Ну и хрен с ней!

— Гриша, разворачивай башню и причеши эту падлу из пулемета!

— Есть, командир.

— Сам-то как?

— В ушах звенит, а так — нормально.

Спаренный с пушкой ПКТМ слева от Артема зашелся в сухом треске, завибрировал от отдачи. Пока перезаряжалась пушка, вполне хватило и пулемета. Чернов через свой прицел наблюдал, как росчерки трассеров перепахивают невысокий холмик — наиболее вероятно местонахождение украинского противотанкового расчета. До него было метров восемьсот, может, чуть больше.

* * *

Танки батальона "Дизель" с ходу прорвали вторую линию обороны украинской армии, когда по всей, уже бывшей передовой ударили "Грады" противника. В который раз содрогнулась земля — снаряды реактивной системы залпового огня летят, обгоняя звук, так что сначала приходит мощный тягучий удар попадания, а потом, если удается что-то расслышать в адской какофонии, отрывистый хлопок. Огневой налет украинской армии длился недолго и уже ничего не решал.

Вслед за танками подтянулась на быстрых и маневренных боевых машинах пехота прикрытия, спешилась и вступила в бой. Где-то за спинами солдат ДНР взвыли "Грады" республиканцев — это огненная Корса — майор ДНР Ольга Качура. Хрупкая, но сильная женщина со стальной волей, командир отдельного реактивного артдивизиона посылала "ответ-ку" бандеровским оккупантам Донбасса.

Армия ДНР и ее ударный кулак — Отдельный танковый батальон "Дизель", взломали оборону ВСУ и вышли на западные окраины Углегорска. Боевая задача, которую поставил перед батальоном лично Глава Республики Александр Захарченко, была выполнена.

* * *

Вскоре пришла трагическая весть о гибели Николая Алферова, командира того самого танка, который проломил украинский блиндаж. Экипаж выбрался из боевой машины, когда начался обстрел украинских "Градов". Механик-водитель ворвался в разрушенный блиндаж, это его и спасло. Наводчик-оператор сумел залезть под танк, а вот командир — не успел.

Как оказалось, мехвод с автоматом умудрился взять в плен пятерых украинских солдат. Чего стоило не нажать на спусковой крючок, видя тело своего командира, когда он выбрался из блиндажа, известно лишь ему самому…

* * *

Артем тяжело оперся на турельную установку крупнокалиберного "Утеса" на башне. Пулемет был полностью готов к стрельбе, но вести огонь из него — значило подставляться под пули украинских снайперов. Молодой танкист сидел в открытом люке, свесив ноги.