Тебе показалось. Как противостоять газлайтерам и тем, кто отравляет нашу жизнь

После того как я отказался от подготовки к экзаменам в учебной группе и ради Джен неоднократно пропускал университетские лекции, я с трудом сдал свой экзамен на тройку. И, разумеется, Джен тут же обвинила меня в безответственности и лени. Меня это здорово задело. Я любил учиться, университет был для меня первой серьезной отдушиной, я получал радость от лекций, и мне было вдвойне обидно слышать от Джен обвинения в том, что я нерадивый студент и не осознаю важности занятий.

Ее слова заставили меня усомниться в наших отношениях. Я многое готов снести от романтического партнера, однако, когда речь заходит об учебе, мое терпение лопается.

В день, когда нам объявили результаты экзамена, в ответ на выговор Джен я не стал вступать с ней в пререкания, а просто вернулся к себе в общежитие и в течение нескольких дней не отвечал на ее звонки.

И вот как-то раз в дверь моей комнаты постучали. Это был мой приятель Трент, с которым мы вместе ходили на занятия по когнитивной психологии. Я несколько опешил, потому что обычно мы встречались на нейтральной территории, но все же впустил его.

– Чем обязан?

– Мм, – Трент покраснел и уткнулся взглядом в ковер. – Джен попросила меня зайти к тебе, проверить, все ли в порядке. Она говорит, что ты в депрессии.

Я заверил Трента в том, что не испытываю ни малейших симптомов депрессии, а проблема лишь в том, что моя девушка не дала мне нормально подготовиться к экзамену и в результате я получил низкую оценку по предмету, по которому мне был жизненно необходим высокий балл.

Мы с Трентом отправились в ближайший бар и поговорили по душам. Судя по всему, Джен втянула в эту историю постороннего человека, чтобы я доказал не только ей, но и всем окружающим, что у нас совершенно здоровые отношения, в которых мы оба счастливы.

Такая тактика называется триангуляцией. Заявления Джен о том, что я «в депрессии», что она «переживает» за меня, были призваны заставить меня самого усомниться в том, что у меня все хорошо. Нарциссы обожают, когда их романтические партнеры или близкие начинают сомневаться в собственном психическом здоровье. Тогда они оказываются у руля, выставляя себя святыми, – ведь они так за нас переживают!

Попытка Джен заставить меня возобновить с ней отношения вызвала обратный эффект. Как и я, Трент изучал человеческое поведение и сказал, что нам с ней лучше расстаться.

– Честно говоря, мне не нравится, что она так легко втянула меня в эту историю, – признался он за третьим бокалом пива. – Ты же сам не хочешь ей звонить и не намерен с ней мириться. Как по мне, так этого достаточно, чтобы понять, что между вами все кончено.

Я был согласен с ним, однако для себя принял решение – не искать легких путей и пойти к Джен и объясниться. Я решил просто порвать с ней раз и навсегда. Я знал, что она прибегнет к миллиону уловок, чтобы не допустить расставания. Но понимал, что, если не сделаю этого сейчас, дальше все станет только хуже.

Я пришел к ней на следующий день. Она была не накрашена, волосы собраны в хвост.

– Где ты был? Я столько раз тебе звонила.

Я проигнорировал ее вопрос и вместо этого взял быка за рога и сразу сказал, что хочу с ней расстаться. Я объяснил, что у нас ничего не клеится и потому я намерен с ней порвать.

Джен пустила пару изящных слезинок и печально всхлипнула.

– Ты лучшее, что есть в моей жизни! – сказала она. – Ты такой милый и красивый. Ты самый умный из всех парней, каких я когда-либо знала! Ты такой интеллигентный, эрудированный…

Она продолжила нахваливать меня на все лады и рассказывать, какие у нас были замечательные отношения. Но, к сожалению, все ее похвалы запоздали. Я был бы рад услышать их до нашего разрыва. Но в тот день я уже понимал, что Джен таким способом просто пытается меня удержать. Это была всего лишь «бомбардировка любовью».

Нарциссы всегда прибегают к этой тактике, когда хотят вас убедить в том, что вы особенный и очень важный для них человек. А расставание с вами – величайшая трагедия в мире!

Такое сплошь и рядом случается, когда мы сталкиваемся с нарциссом, который хочет, чтобы мы остались рядом в качестве романтического партнера или кого-то другого; или когда берем ситуацию в свои руки и пытаемся вернуть контроль над собственной жизнью, осознав, что застряли в токсичном болоте, которое сулит нам погибель.

К счастью, в тот момент я был уже по горло сыт и Джен, и нашими неровными отношениями, поэтому «бомбардировка любовью» не произвела ожидаемого эффекта.

– Все кончено, я ухожу, – повторил я и закрыл за собой дверь.

Больше она мне не звонила, но на следующий же день я увидел ее с новым парнем, которого она решила специально продемонстрировать, словно заявляя: «Смотри, у меня все прекрасно».

Когда Джен пыталась удержать меня, уверяя, что я единственный, кого она когда-либо любила по-настоящему, – я с трудом мог ее слушать. Это выглядело так фальшиво! Ведь буквально накануне она вылила на меня поток сарказма и ругани – и тут вдруг внезапно я стал идеальным мужчиной! Куда же подевались все мои недостатки?