Течет река Мойка. Правый берег. От Невского проспекта до Устья

Постоянными клиентами знаменитого столичного ресторана бывали многие известные писатели и поэты тех далеких лет. Русский поэт и друг А. С. Пушкина Антон Антонович Дельвиг даже посвятил знаменитому поэту Е. А. Баратынскому стихотворение «К ресторатору Талону».

В 1825 году хозяин ресторана «Talon» уехал во Францию. После отъезда его детище перешло к французу А. Фельету, открывшему в части старого заведения кондитерскую «Виолета». После закрытия ресторана «Talon» в его апартаментах расположилось также «Справочное место», просуществовавшее около 10 лет.

Адресная книга Петербурга поместила объявление по этому поводу, указав, что «„Справочное место“ находится у Полицейского (Зеленого) моста в доме купца Косиковского и открыто ежедневно с 9 утра, зимой до 9 вечера, а летом до захода солнца». Учреждение в те времена выполняло функции биржи труда, являясь своеобразной конторой по найму на работу.

В 1825 году «Санкт-Петербургские ведомости» информировали столичных жителей: «В доме купца Косиковского отдаются в наем два жилых этажа: весь бельэтаж – 25 покоев о 34 окнах на улицу, 2 парадные лестницы, 4 балкона, большой зал, в котором прежде было Большое танцевальное собрание и от Дирекции императорских театров давались маскарады. Сей бельэтаж весьма удобен для жительства знатной особы или какого-либо собрания». Одновременно с бельэтажем тогда же сдавался в аренду весь верхний этаж, в котором располагалось более 60 удобных покоев.

В 1825–1826 годах в доме купца Косиковского демонстрировалась «для широкого обозрения модель столичного города Санкт-Петербурга, общим размером 40 на 23 метра, изготовленного венецианским предпринимателем и дворянином Антуаном де Росси, получившего официальную привилегию на создание модели Санкт-Петербурга в 1/200 его натуральной величины».

«Северная пчела» с восторгом писала на своих страницах о творении де Росси: «…невозможно описать, с коим совершенством исполнены все мельчайшие подробности архитектурной части».

Однако заметим при этом, что в действительности непосредственным проектировщиком и основным руководителем всех уникальных работ по сборке оригинальной модели города оказался талантливый молодой итальянский архитектор Альберт Кавос – будущий знаменитый зодчий Северной столицы. Русский библиографический словарь по поводу демонстрации публики модели Петербурга не преминул отметить, что «Архитектор Кавос получил тогда из Главного штаба план Санкт-Петербурга и в 1820-х годах, руководствуясь им, изготовил рельефный план русской столицы и демонстрировал его не только в Петербурге, но и в Берлине, и в Париже». «Северная пчела» писала: «Модель для удобства сборки состояла из отдельных частей и в окончательном собранном виде поражала всех своими огромными размерами. При этом фасады домов архитектор изготовил из прочного картона, а кровлю из свинца. При этом река Нева и прочие водоемы города, смонтированные из жести, были заполнены водой». Несмотря на восторженные отзывы столичных средств массовой информации, желающих увидеть модель оказалось немного. Причин к тому было предостаточно: высокая цена за вход на выставку (5 рублей с персоны), смерть императора Александра I и, наконец, тревожные дни восстания декабристов на Сенатской площади. Поэтому владелец панорамы Антуан де Росси разобрал выставленную модель и перенес демонстрацию в европейские столицы, где ее следы, к сожалению, со временем пропали.

Альберт Катаринович Кавос

В 1820-х годах в доме Косиковского обосновался предшественник современного кинематографа, называвшийся в те далекие времена «Театром света», или, иначе, «Театром мира». Газета «Санкт-Петербургские ведомости» немедленно опубликовала статью по поводу этого события, отмечая, что «в „Театре света“ зрители, не переменяя мест своих, могли видеть Европу, Азию, Африку и даже Америку». Причем газета с восхищением объявляла своим читателям, что «оптическое очарование, стеклом производимое, столь совершенно, что каждый зритель полагает, что он сам переносится в те замечательные страны, кои видит». Владелица этого нового столичного зрелищного заведения, некая госпожа Латур, в расклеенных по городу афишах любезно приглашала столичных жителей посетить ее волшебный театр в доме купца Косиковского, называя свой «иллюзион» почему-то «Номосинкло-географией».

Через несколько лет это же помещение некоторое время арендовал предприимчивый владелец «Диафонограммы», или «Галереи прозрачных картин», демонстрирующей на экране 30 красочных видов Швейцарии и Франции, написанных живописцем Кенигом из швейцарской столицы – Берна. При этом редкие сюжеты швейцарских и французских Альп демонстрировались во время сеанса в сопровождении приятной музыки.