Читаем Техносоциализм. Как неравенство, искусственный интеллект и климатические изменения создают новый миропорядок полностью

Писать книгу трудно и в лучшие времена. Написание же ее во время пандемии, когда многие из действительно важных вещей, таких как технологии, экономика, экологические проблемы, политика и социальные взаимодействия, меняются быстрее, чем когда-либо прежде, ставит перед автором уникальные задачи. Написание книги «Техносоциализм» стало для нас долгим, но чрезвычайно полезным путешествием.

То, что родилось в виде идеи, обсуждавшейся за чашкой кофе в Нью-Йорке несколько лет назад, обретало форму в ходе дискуссий, проведенных в нескольких разных странах, когда мы с Бреттом боролись за то, чтобы найти время и лично обсудить важные для нас вопросы, а затем зафиксировать свои мысли на бумаге. Мы дружим не один десяток лет и часто задумывались о совместном проекте, таком как «Техносоциализм». Я так рад, что Бретт вдохновил нас обоих на эту книгу и настоял на том, чтобы мы сделали именно ее.

Нас активно поддержали команды Marshall Cavendish и Times Publishing Group, наряду с международными издательствами. Особая благодарность Мелвину Нео, Джанин Гамилле, Норьян Хуссейн и Майклу Спиллингу.

Хочу поблагодарить семью и друзей, которые поддерживают меня в хорошие и плохие времена. Мое обычное затворничество в периоды трудоголизма и стресса – увы, такие периоды столь часты и продолжительны, что это вредит здоровью, – может создать ложное впечатление, будто я принимаю вас как должное; уверяю вас, это вовсе не так. Особая благодарность моей сестре, одаренной писательнице, в равной степени обладающей состраданием и силой и являющейся образцом врожденной добродетели.

Спасибо тем, кто вдохновляет меня: бывшим и нынешним студентам, которые научили меня слушать; учителям, поощрявшим меня мыслить критически, а не быть критичным; а также женщинам и мужчинам науки, которых следует прославлять и признавать в гораздо большей степени, чем это происходит в наши дни (ваше время обязательно придет, ибо без вас всё тщетно).

Ричард Пэтти

Глава 1

Взрывоопасная неопределенность

«Цель правительства – дать людям возможность жить в безопасности и счастье. Правительство существует для интересов управляемых, а не правителей».

– Томас Джефферсон

Потребовался всего 21 день, чтобы поставить на колени крупнейшую экономику мира. С 20 января 2020 года, когда подтвердился положительный результат первого пациента с COVID-19[2]

в Сиэтле, до 11 февраля. В этот период начался худший спад в истории фондового рынка США, уничтоживший более трети рыночной стоимости, прежде чем всё закончилось. Причиной всему этому вирус, диаметр которого всего 0,125 микрона, или 125 нанометров. Для сравнения: один человеческий волос в 400 раз больше, чем «скрытый враг» SARS-CoV-2.


К концу мая 2020 года каждый четвертый американец подал заявление на получение пособия по безработице, в результате чего общее число безработных превысило 40 млн человек. До коронавирусного кризиса в Америке ни разу не регистрировался один миллион заявок на пособие по безработице в неделю, но к выборам в США в 2020 году мы получали в среднем один миллион новых безработных каждую неделю в течение шести месяцев (пиковое значение превысило два миллиона заявок на предпоследнюю неделю мая 2020 года). По оценкам Международной организации труда (МОТ), к концу второго квартала во всем мире было уничтожено не менее 195 млн рабочих мест, а также потеряно 6,7 % от общего количества рабочих часов. Но эти негативные последствия неравномерно распределились среди социальных классов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кланы Америки
Кланы Америки

Геополитическая оперативная аналитика Константина Черемных отличается документальной насыщенностью и глубиной. Ведущий аналитик известного в России «Избор-ского клуба» считает, что сейчас происходит самоликвидация мирового авторитета США в результате конфликта американских кланов — «групп по интересам», расползания «скреп» стратегического аппарата Америки, а также яростного сопротивления «цивилизаций-мишеней».Анализируя этот процесс, динамично разворачивающийся на пространстве от Гонконга до Украины, от Каспия до Карибского региона, автор выстраивает неутешительный прогноз: продолжая катиться по дороге, описывающей нисходящую спираль, мир, после изнурительных кампаний в Сирии, а затем в Ливии, скатится — если сильные мира сего не спохватятся — к третьей и последней мировой войне, для которой в сердце Центразии — Афганистане — готовится поле боя.

Константин Анатольевич Черемных

Публицистика
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика