Темнейшее прикосновение

— Тебе не стыдно? Потому что мне стыдно за тебя. Она моя, — дразнил он. — Печально, что ты так сильно себя изводишь. Как и все вы. Почему бы вам воинам аккуратно не удалить тампоны и притвориться мужчинами.

Торин ударил его в грудь словно горилла.

— Эй, останови меня, если услышишь… единственное Джилли.

Хорошее настроение вмиг пропало. Мужчина стал излучать напряжение настолько острое и густое, что даже Торин мог его почувствовать.

— Не понимаю, о чем ты лапочешь, — сказал Уильям. — Я — ее щедрый благодетель, а она — мой неблагодарный иждивенец. Я… идеальный образец отца. — Его голос надломился на последних трех словах, превратившись в рычание.

Торин усмехнулся.

— Отрицаешь, отрицаешь, отрицаешь все это?

— Заткнись.

— Чувак, я надеюсь стать шафером на вашей свадьбе.

***

Кили проснулась как от толчка, задыхаясь и выпрямляясь, казалось, тысяча мыслей одновременно атаковали ее. Какая стала предвестником? «Я люблю Торина».

Ее желудок опустился. Она любила его?

Ох… дерьмо. Она втюрилась. Несмотря на то, что всякое прикосновение к его коже делает ее больной. Несмотря на то, что Торин пытался ее бросить не один раз. Она не просто связана с ним и вытягивает из него силы. А полностью покорена. Попала под действие его чар. Стала его добровольной пленницей.

Кили осмотрелась и обнаружила, что все еще находится в его спальне. Он пододвинул стул к кровати. Заметив, что она пробудилась, Торин поднял поднос с едой с тумбочки и положил перед ней.

Под глазами темные круги, поверх волос натянута вязаная шапка. Скрывает беспорядок, причиной которого она стала? Он выглядел усталым, но сексуальным. Напряженным, но оживленным.

— Я болела? — спросила она с ужасом.

— Нет, — ответил Торин.

Кили выдохнула с облегчением.

— Я периодически выбегал и орал на своих друзей. Поешь, — бросил он. — Восстанови силы.

Все еще присматриваешь за мной.

Так сильно его люблю.

— Зачем ты кричал на своих друзей? — поинтересовалась она.

— Потому что они раздражали меня.

— Неоднозначный ответ. — Торин не хочет, чтобы она узнала?

— И все же точный.

Кили бросила виноград в рот и проглотила. Сок оказался прохладным и сладким, восхитительным.

— Я хочу, чтобы Даника была готова помочь мне отыскать другую девушку. — Чем скорее Виола окажется среди них, затем Баден, а потом таинственный мальчик, тем скорее Кили сможет приступить к поискам ящика… Утренней Звезды. — Но она не готова… так?

— Пока нет. Я разговаривал с Рейесом недавно. Даника спит, и встанет только когда он будет её, чтобы покормить.

Вот облом.

Кили обернулась простынями от шеи до пят и уселаcь к Торину на колени, осторожно обняв его, чтобы не задеть кожу.

— Скажу по секрету, — начала она. — Я счастлива и одновременно побаиваюсь, когда думаю о том, что ты освободишься от демона. Что если вдруг, ты захочешь другую женщину?

Торин, захочет пуститься во все тяжкие, поскольку такого раньше не испытывал? О Кили останется хотя бы мимолетная мысль?

Ненавижу низкую самооценку! Ненавижу неуверенность! Ненавижу сомнения!

Он тоже обнял ее.

— Этого никогда не случится, — заверил Торин ее, и его горячность понравилась Кили.

— Ты сейчас так говоришь, но…

— Скажи это. Почувствуй каждую клеточку моего существа. Кили, я потерялся в тебе и не хочу, чтобы меня нашли. Не могу представить миг без тебя… и не хочу. Ты — мое сокровище, моя зависимость, без прикосновений. Ты — моя болезнь, от которой я не желаю излечиваться.

Неуверенность сгорела дотла.

Он внезапно смущенно откашлялся. Но все еще крепко держал ее, когда сказал:

— Кстати, дети Уильяма вступили в твою личную гвардию.

— Правда? — как замечательно!

— Где ты надеешься править своим королевством?

— Ну, прямо здесь. Очевидно же. Я буду Красной Королевой Повелителей Преисподней и всех их пар. Можешь поблагодарить меня, — она не могла не преувеличить, дразня его… но также говорила вполне серьезно.

Медленная улыбка выглянула из-за темных облаков, которые омрачали его лицо.

— Думаю, это твоя лучшая мысль.

— Точно, и я так думаю. Но сначала о главном. — Она улыбнулась. — Мне нужны зубная щетка и душ, именно в таком порядке. Выполняй.

Он погладил пальцем в перчатке по ее щеке.

— Уже командуешь мной?

— Я — твоя королева. Именно этим мне и нужно заниматься.

Подарив ей еще одну улыбку, настолько яркую, что осветила все до самого сердца. Торин сказал:

— И я просто должен подчиниться? Не возражая?

— Ох, воин. Я надеюсь на сопротивление. — Хриплые нотки зазвучали в ее голосе. Нуждающиеся. — Тогда заслужишь наказание.

— Да? Какого рода наказание?

— Тебе придется обслуживать меня. Часто.

Его взгляд упал на ее губы и задержался там.

— Тебе понравился секс со мной?

Задрожав, она ответила:

— Это слишком мягкое слово, Очаровашка.

— Даже без прикосновений кожа-к-коже?

— Даже без них.

— Этого для тебя будет достаточно?

Он хотел ее, дорожил ею, как и говорил, и этого всегда будет достаточно.