Тень

Взлетаем. Ивана вдавливает в сиденье, он машинально сжимает пальцами автомат. Страшно. В условиях войны летчики творят с машинами такие вещи, от которых на гражданке пассажиры бы им весь салон заблевали. А мы терпим, мы крутые. Иван улыбается. Говорить в салоне невозможно – стоит грохот. Иван смотрит в окно, видит, как заканчивает дугу Ми-24, разворачивается в их сторону. Видит вспышку на горе и слышит страшный рев из кабины: «Бля!»

Все происходит мгновенно. Подбит второй Ми-8, он летел рядом с ними. От взрыва у Ивана едва не лопаются перепонки. Подбитая машина теряет управление и винтом задевает их вертолет, перерубает ему хвост. Вертолет начинает крутиться, склон горы все ближе. В дыру в обшивке – Иван видит все четко – вылетают его сослуживцы. Вадик, Боря, Юра. Одного из них, он не видит кого, наматывает на винт. Пожар. В салон хлынул непонятно откуда мощный поток горящего авиационного топлива. В панике Иван пытается потушить корчащегося рядом Валю. Огонь перекидывается на него. Земля совсем близко, и Иван прыгает в дыру в обшивке. Он горит. С треском ломающихся костей он врезается в обрыв и катится вниз. Земля тушит его. Последнее, что Иван успевает увидеть – столб огня, встающий над упавшим вертолетом.

Потом он очнется и обнаружит, что живой. Его найдут случайно, о его тело споткнулся один из солдат, сумевших подняться к месту крушения вертолета. Из двух машин в живых остался лишь он. Все его друзья, все его товарищи – все погибли. А он – нет. Почему? Может быть, он тоже погиб там, на горе? И эта череда военных госпиталей и операций – это все сон? Иван не очень понимает, что происходит. Он безучастно следит, как его спасают, лечат, как месяц за месяцем он учится заново ходить, заново говорить. Вот он уже может самостоятельно вставать с кровати. Вот он смог дойти до ванной и посмотрел на себя в зеркало. Первый парень на деревне. Нет, он точно не выжил. Решение окончательное. Иван смотрит на свое отражение и понимает: он погиб в Кандагаре.

Обернувшись, Степа ожидал увидеть за своей спиной дверь, но уткнулся лишь в кирпичную стену с вечным «семья славян снимет квартиру в вашем доме». Прозаичность увиденного даже Степу слегка расстроила. Но еще больше расстроило его отсутствие придуманной им медсестры. Вот он выбрался, он выполнил условие. Эй, почему же я тогда не просыпаюсь? Степа был удивлен и разочарован. Его сознание даже на секунду не было готово предположить, что он действительно умер, действительно только что побывал в параллельной Москве, где обитают неупокоенные души. В такие сказки он не поверит никогда. И раз просто выход на поверхность не привел его в чувство, значит, задание его несколько сложнее.

Степа узнал дом, рядом с которым он вышел. До его квартиры отсюда минут пять ходьбы. Степа поднял воротник куртки и под моросящим противным дождем зашагал вперед.