Теория доказывания в уголовном судопроизводстве

Изъятие доказательств преследует цель обеспечить возможность их использования для доказывания, приобщения их к делу и также служит средством их сохранения для следствия и суда. В тех случаях, когда речь идет о вещественных доказательствах, изъятие которых в натуре по каким-либо причинам нецелесообразно или невозможно, в качестве средств изъятия выступают некоторые формы и способы фиксации, что будет показано далее. Строго говоря, доказательство при этом не изымается, а изымаются, переносятся, переходят на новый объект его доказательственные свойства. Новый объект, носитель этих свойств, является производным вещественным доказательством.

При оставлении объектов, имеющих доказательственное значение, по тем или иным причинам (громоздкие размеры, значительный вес и пр.) на месте их обнаружения принимаются специальные меры по их сохранности (фотографирование во избежание подмены, детальное описание, сдача под сохранную расписку и пр.).

Получение доказательств. Для ряда участников процесса закон предусматривает возможность представления доказательств. Этим правом наделены потерпевший, частный обвинитель, гражданский истец и их представители; подозреваемый и обвиняемый, их защитники и законные представители, гражданский ответчик и его представители (ст. 42-48, 53-55 УПК РФ). УПК РСФСР содержал также прямое указание на то, что доказательства могут быть представлены... и любыми гражданами, предприятиями, учреждениями и организациями (ст. 70), однако новый УПК РФ такого прямого указания более не содержит.

Согласно ст. 86 УПК РФ, подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств (ч. 2).

Защитник вправе собирать доказательства путем:

1) получения предметов, документов и иных сведений;

2) опроса лиц с их согласия;

3) истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии (ч. 3).

Кроме того, защитнику предоставлено право самостоятельно привлекать специалиста (п. 3 ч. 1 ст. 53 УПК РФ)*(278).

Ни теория, ни практика не выработали специальных процессуальных правил представления доказательств. УПК РФ никак не формализует и протокол, который, по логике вещей, должен составляться при представлении доказательств. Иногда его именуют "протоколом передачи", "протоколом выдачи", "протоколом предъявления" и т.п. Остается неясным и сам статус представления доказательств: является ли оно следственным действием типа выемки, должно ли оно сочетать в себе осмотр представленных доказательств или быть какой-то иной процессуальной процедурой? В.Д. Арсеньев назвал представление доказательств пассивной формой их получения*(279) - такое наблюдение в свете несовершенства законодательной регламентации этого действия выглядит удивительно метким.

Необходимость унификации процедуры представления доказательств совершенно очевидна. С.А. Шейфер по этому поводу отмечает, что применяемые на практике формы (например, оформление принятия предметов и/или документов выемкой, "изъятием", "добровольной выдачей", осмотром и т.п.) нередко не обеспечивают законные интересы лиц, представляющих доказательственные материалы, и идентификацию этих материалов. Порой "представление объекта вообще не документируется, и о том, что он был вручен следователю (суду) обвиняемым, потерпевшим, можно лишь догадываться, ознакомившись с показаниями этих лиц"*(280).

Нам представляется, что речь должна идти о самостоятельном процессуальном действии, проводимом в присутствии понятых с участием субъекта, представляющего доказательства, или его представителя и составлением специального "протокола представления доказательств". Можно также согласиться с тезисом С.А. Шейфера о том, что подлежит фиксации и ходатайство о приобщении к делу предмета или документа, представляемого в качестве доказательства*(281).

Но, говоря о праве представлять доказательства, нельзя не сказать о том, что этот институт никак не обеспечен соответствующей обязанностью должностных лиц выдавать перечисленным участникам процесса предметы и документы для их представления органу дознания, следователю или суду. Закон ничего не говорит о том, каким путем участники процесса могут получить доказательства для их представления, как обеспечиваются условия их получения ими*(282). Это явный пробел в законе, затрудняющий или вообще делающий невозможным реализацию на практике декларированного права.

Отметим еще, что, помимо представления доказательств, получению доказательств служит и предоставленное дознавателю, следователю, прокурору, суду право истребовать предметы и документы, имеющие значение для дела*(283).