The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография

Морин и Ринго пока не задумывались про образование Зака и Джейсона — дети еще очень маленькие. Как и Джон, Ринго хотел бы отправить детей в обычную муниципальную школу. «Но Зак-то у нас не совсем обычный, да? К нему будут цепляться. Сейчас вроде полегче, но все равно к нему будут приставать. И если для того, чтобы ему было поспокойнее, надо заплатить, мы заплатим. Если мальчики захотят в школу-интернат, я возражать не буду. Но лучше бы они жили дома. Я только хочу, чтоб они были как можно свободнее и любили друг друга… Сейчас-то мне легко говорить, но кто знает, как сложится, когда они подрастут. Не хотелось бы, чтобы их постоянно одергивали, как меня мать когда-то: не играй у окна, смотри не разбей это, не поломай то. Неизвестно, что будет, когда сам станешь родителем».

Однако Ринго не допустит, чтобы его дети получили такое же образование, как он, — то есть никакого. Годы, потерянные из-за болезни, не прошли бесследно, хотя Ринго считает, что все это несерьезно. К примеру, с правописанием у Ринго кранты, но его это не слишком беспокоит. И у него крайне странные представления о том, где расположены разные города и страны.

«Я знаю, что неграмотно пишу, но могу прочесть что угодно. Английская орфография вообще трудная. Математика ничего. Но лучше всего я работаю руками. Если мне не мешать, могу сделать почти любую мелкую работу. Сам во всем разберусь. Вот если надо по инструкции — тогда да, от меня никакого проку».

Ринго пришел в группу последним, когда остальные уже сформировались и распределили роли. Он считал, ему фантастически повезло. «Битлз» взяли его на пороге славы. Остальные не расценивали это как удачное стечение обстоятельств. Они знали, что добьются успеха.

На записи Ринго обычно сидит в стороне со своими барабанами, а остальные толпятся у микрофона. Он называет себя молчуном. Но блеском и остроумием своих шуток и наблюдений он не уступает остальным. Разница в том, что Ринго не поддерживает беседу, как Пол, не распространяется, как Джордж, когда оседлает любимого конька, и не сыплет дурацкими шутками и замечаниями, как Джон. Ринго молчит, пока с ним не заговорят.

Расслабившись, Ринго и впрямь выглядит отрешенным и подавленным. Прядь у него в волосах совсем поседела. Теперь седина не только на челке слева, но и на правой брови. Некоторые врачи утверждают, что преждевременная седина вызвана психологическими причинами, но большинство считают, что это ничего не значит.

Нос у Ринго не так велик, как на фотографиях, не говоря уж о карикатурах. Из-за этого некоторые считают его евреем. «Я, пока не прославился, даже не догадывался, что у меня большой нос. Мне и в голову не приходило, что меня считают евреем, пока однажды не позвонили из Jewish Chronicle[236]. Пришлось им сказать, что они ошибаются.

Теперь я вижу, что стал таким, какой есть, потому что меня так воспитывали — без отца и с матерью, которая вечно на работе. Поэтому я стал тихим интровертом. Я только сейчас начинаю себя понимать, хотя в детстве я был совершенно счастлив. Недавно смотрел по телевизору передачу о том, как влияет на детей долгое пребывание в больнице. Они от этого могут стать очень замкнутыми».

Ринго не замкнулся. Он очень открытый и дружелюбный — самый милый из битлов. Он совершенно не эгоцентричен. Морин считает, Ринго мог бы добиться гораздо большего, если б захотел.

«Это же он придумал разукрасить блестками. Он вам что, не сказал? Это пустяк, я понимаю, но он никогда не выставляет свои заслуги напоказ… Я думаю, он часто себя недооценивает. Забывает свои прекрасные идеи, потому что считает, будто он не творческая личность. Говорит, хорошие идеи — не его стезя. Но ему много чего прекрасно удается. Он хорошо рисует. По-моему, фильмы пойдут ему на пользу, — надеюсь, они будут успешными. У него все прекрасно получается. А какой он танцор!»

Ринго — гораздо ярче, нежели может показаться. И в реальной жизни красивее, чем на фотографиях, — у него глубокие голубые глаза. В группе он вовсе не шут и не любимчик-талисман. Его мнение значит не меньше, чем мнение остальных. Но на фоне более ярких талантов Пола и Джона Ринго держится еще скромнее, чем на самом деле. Однако битлы полагаются на него. Ринго — жизненно важный элемент группы, он привносит в нее то, в чем битлы нуждаются, — сентиментальность, но также здравый смысл, человечность. У него немало хороших идей по поводу «Битлз» и самого себя.

«Мне кажется, мы четверо равны и составляем единое целое. Мы разные и в то же время похожи.

Когда есть звезда или лидер и аккомпанирующая группа, можно его принять, а можно уйти. А когда нас четверо, можно ассоциироваться с одним из нас, но любить и остальных. Если вам не нравится Элвис — все, приехали. А нас четверо, есть из чего выбирать.

Мы никогда не соперничали, ни наедине, ни на публике, хотя у каждого есть свои фанаты.