Читаем The Beatles. Единственная на свете авторизованная биография полностью

Примерно когда перед Джоном распахнулась новая волнующая жизнь с Йоко, Пол встретил Линду. Линда появилась в самый нужный момент, когда Джон уже отдалялся, — она убеждала Пола не отступать, быть самостоятельным: если будет стараться, он сможет все. Линда завладела Полом, ничуть с ним не соперничая. Когда начались споры из-за «Эппл», и Джона, и Пола поддерживали их новые подруги.

После смерти Брайана Эпстайна финансовые и коммерческие дела «Битлз» оказались в беспорядке, хотя его смерть не вызвала, а просто вскрыла царящую путаницу. Создание «Эппл» только осложнило ситуацию. Требовался деловой человек, который смог бы урегулировать и упорядочить битловские дела. Джон и Йоко при поддержке Ринго и Джорджа привели американского бухгалтера Аллена Кляйна. Полу тот не понравился с первого взгляда — Пол хотел, чтобы его дела вел Ли Истмен, выдающийся нью-йоркский юрист, по совместительству отец Линды. Остальные сочли, что Пол просто хочет протащить к ним своих свойственников, что Пола очень огорчало. Он считал, уж битлы-то должны понимать, что такие вещи не в его правилах. Тут выяснилось, что, дабы освободиться от «Эппл», Полу придется подать в суд. И не на Кляйна, а на Джона, Ринго и Джорджа.

Пол обнаружил, что никто из битлов себе не принадлежит. Они, включая и их песни, оказались собственностью других лиц и компаний. Пол утверждал, что затевает все это не только ради себя, но и в интересах всей группы. Но остальным казалось, что с Пола и начались все неприятности. В то время они еще думали, что Кляйн их спасет. Несколько лет наблюдалась весьма неприглядная картина.

Прибытие Кляйна привело к формальному и окончательному распаду группы, но разногласия Джона и Пола, начавшиеся с появлением Йоко, были давно очевидны.

Следующие почти десять лет битлы потратили массу энергии — как физической, так и творческой — на бесконечные судебные дрязги. К тому же все они судились и по отдельности — то разводы, то иски из-за наркотиков, то взаимные тяжбы с компаниями звукозаписи, то иммиграционные проблемы, то еще что-нибудь такое.

Забавно — по крайней мере, со стороны — было наблюдать только за безумием «Эппл». Битлы то ли не замечали, то ли наслаждались, когда их обдирали как липку. Миллионы фунтов были выброшены на идиотские проекты, магазины, предприятия, поддержку эксцентричных замыслов и странных людей. Все это смахивало на притчу о бессмысленности большого бизнеса. «Проходит жизнь за выгодой в погоне»[241], так давайте растранжирим все до пенса. Они сняли роскошные офисы на Сэвил-роу в Лондоне, набили их шикарной мебелью и оборудованием, и, естественно, половина западных хиппи слетелась туда поживиться, да плюс еще несколько умных советчиков, которые якобы должны были наладить все дела.

Первые годы после распада группы в заголовках возникал только Джон. Он записывал песни с Йоко, создал группу Plastic Ono Band, и весь мир поп-культуры немало дивился и веселился, когда Джон и Йоко сфотографировались обнаженными для конверта альбома «Two Virgins» (1969). Они давали интервью из постелей гостиниц по всему свету, рассуждая о болезнях, которыми болен мир, и о том, как их можно вылечить. Джон отказался от каламбуров и шуток своих битловских песен и ранних текстов и с головой окунулся в авангард. Он выступал в защиту всего, что только можно было защищать, — например, в деле Ханратти[242] — и наполнил свои новые Йоко-песни взрывами эмоций, классовой борьбой и политическими лозунгами. Обывателей эти выходки Джона забавляли; критики превозносили некоторые его сольные песни, например «Imagine» (1971).

Он женился на Йоко в 1969 году и после продолжительной тяжбы о гражданстве наконец переехал на постоянное жительство в Нью-Йорк. Я в тот период с ним говорил, и Джон категорически отрицал, что появление Йоко привело к разводу с Синтией. «К тому времени наш брак скончался естественной смертью», — сказал он. Интересно, что, когда распад «Битлз» стал неизбежен, он объявил Полу, Джорджу и Ринго: «Я хочу развода — вот как с Синтией». Его отношения с ними, особенно с Полом, долгие годы походили на брак.

В 1974 году Джон оставил Йоко примерно на год — год наркотиков, пьянства и самоуничтожения, подробно задокументированный в печати, — но с 1975 года, после рождения сына Шона, вернулся к семейной жизни. После распада «Битлз» Джон самостоятельно выпустил десять альбомов, но в 1975 году, после «Shaved Fish», заявил, что на пять лет прекращает всякую работу и играет с сыном.

В конце 1980 года Джон только-только вернулся к звукозаписи, к пятилетию Шона выпустил новый альбом «Double Fantasy», и тут его убили. Это произошло 8 декабря 1980 года, когда Джон возвращался из студии, возле «Дакоты» — здания в Нью-Йорке, где он жил.

Убийца Марк Дэвид Чепмен поджидал его на улице весь день. Когда Джон шел в студию, Чепмен сунул ему в руки альбом «Double Fantasy», и Джон любезно поставил автограф: «Джон Леннон, 1980». А несколько часов спустя Чепмен выпустил в него пять пуль с расстояния в пять футов. Мир был ошеломлен.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ньювейв
Ньювейв

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка
Ференц Лист
Ференц Лист

Ференц Лист давал концерты австрийскому и российскому императорам, коралям Англии и Нидерландов, неоднократно встречался с римским папой и гостил у писательницы Жорж Санд, возглавил придворный театр в Веймаре и вернул немецкому городку былую славу культурной столицы Германии. Его называли «виртуозной машиной», а он искал ответы на философские вопросы в трудах Шатобриана, Ламартина, Сен-Симона. Любимец публики, блестящий пианист сознательно отказался от исполнительской карьеры и стал одним из величайших композиторов. Он говорил на нескольких европейских языках, но не знал родного венгерского, был глубоко верующим католиком, при этом имел троих незаконнорожденных детей и страдал от непонимания близких. В светских салонах Европы обсуждали сплетни о его распутной жизни, а он принял духовный сан. Он явил собой уникальный для искусства пример великодушия и объективности, давал бесплатные уроки многочисленным ученикам и благотворительные концерты, помог раскрыться талантам Грига и Вагнера. Вся его жизнь была посвящена служению людям, искусству и Богу. знак информационной продукции 16+

Мария Кирилловна Залесская

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Хардкор
Хардкор

Юбилею перестройки в СССР посвящается.Этот уникальный сборник включает более 1000 фотографий из личных архивов участников молодёжных субкультурных движений 1980-х годов. Когда советское общество всерьёз столкнулось с феноменом открытого молодёжного протеста против идеологического и культурного застоя, с одной стороны, и гонениями на «несоветский образ жизни» – с другой. В условиях, когда от зашедшего в тупик и запутавшегося в противоречиях советского социума остались в реальности одни только лозунги, панки, рокеры, ньювейверы и другие тогдашние «маргиналы» сами стали новой идеологией и культурной ориентацией. Их самодеятельное творчество, культурное самовыражение, внешний вид и музыкальные пристрастия вылились в растянувшийся почти на пять лет «праздник непослушания» и публичного неповиновения давлению отмирающей советской идеологии. Давление и гонения на меломанов и модников привели к формированию новой, сложившейся в достаточно жестких условиях, маргинальной коммуникации, опутавшей все социальные этажи многих советских городов уже к концу десятилетия. В настоящем издании представлена первая попытка такого масштабного исследования и попытки артикуляции стилей и направлений этого клубка неформальных взаимоотношений, через хронологически и стилистически выдержанный фотомассив снабженный полифонией мнений из более чем 65-ти экзистенциальных доверительных бесед, состоявшихся в период 2006–2014 года в Москве и Ленинграде.

Миша Бастер

Музыка