Тёмные времена. Наследники Александра Невского

На поле битвы образовалось небольшое место, где и сшиблись два витязя. Несколько секунд их мечи сверкали в неописуемой пляске, а кони крутились, не давая себя поранить. Конь Довмонта лягнул передними копытами коня Гредня, а тот укусил Довмонтова коня.

Оба витязя получили по нескольку ран, которые не были смертельными, но сковывали их движения. Боевые кони расскакались.

– Князь Довмонт, ежели ты не трус, поворачивай коня! Продолжим спор наш!

– Князь Гредень, и не думал я бежать от тебя, просто твой конь унёс тебя слишком далеко. Скачи обратно! – закричал в ответ Довмонт, беря в руки копье, которое протянул ему один из всадников.

Витязи вновь понеслись навстречу друг другу. У Гредня в руках был дротик, который он метнул в коня Довмонта. Раненый боевой друг князя Довмонта встал на дыбы и рухнул на землю. Встав на дыбы, конь дал своему хозяину несколько мгновений, чтобы тот смог соскочить с него и не оказаться придавленным.

Князь Гредень стремительно нёсся на Довмонта, обнажая на скаку меч. Князь Довмонт упёр копье в землю и направил его на коня Гредня. Тот не смог уклониться и напоролся на копье. Гредень слетел со своего коня, но тут же встал и бросился с мечом на Довмонта.

– Ты дорого мне стоил, сын короля Миндовга!

– Ты тоже не бесплатный! Сгори в аду, детоубийца!

– Ад ждёт тебя, Довмонт! Ты родной город кровью залил и в ней выкупался!

Битва между тем была почти что выиграна. Только всадники-литовцы ещё сопротивлялись, а все остальные силы бежали.

Бой шёл несколько минут, и Гредень стал потихоньку выматываться. Он был старше Довмонта. Довмонт, тоже весьма потрёпанный и уставший, не сдавался. Каждый из витязей понимал, что один неверный шаг – и он умрёт.

Гредень отбросил щит, который у него уже не было сил держать. Его примеру последовал и Довмонт, чтобы не тратить зря силы.

– Князь победы лёгкой не желает!

– Это суд Божий!

Ещё через несколько секунд Довмонт ранил Гредня, и тот опустился на одно колено.

Довмонт не спешил атаковывать своего раненого соперника.

– Иди и сражайся! Убей меня!

Кровь струилась из раны Гредня, и витязь слабел на глазах. Довмонт пару раз обошёл вокруг, а после ударом ноги выбил меч из ослабевших рук Гредня.

– Дай мне умереть в бою!

– Нет, ты умрёшь без оружия в руках. Не как воин! – Сказав это, Довмонт нанёс ещё один удар Гредню, оставляя страшную рану.

Эта рана оказалась смертельной. Гредень не мог после такого жить, но ещё некоторое время он мог всё чувствовать и даже сопротивляться.

Литовец встал на ноги и обнажил кинжал, но Довмонт с лёгкостью выбил его и пинком обрушил Гредня на землю. Гредень из Пепелищ умер минут через пять, посылая проклятия Довмонту, праздновавшему славную победу. После такой победы и обратно на Русь вернуться было не стыдно. Обоз литовского войска достался новгородцам, а также оружие и броня с поверженных воинов.

Большой полон и много награбленного везли новгородцы обратно. Никто не хотел разбираться, кто официально был их лидером. Все славили Довмонта Миндовговича, князя Псковского.

Возвращение новгородской рати

Михаил Фёдорович, посадник новгородский, и Юрий Андреевич, наместник Новгорода и князь Суздальский, встречали ратников, прибывших из похода. Новгород пока так и не оправился от пожара, в ходе которого сгорел весь Нервенский конец. Многие именитые люди теперь стали бедными, так как огонь пожирал зачастую не только дома и склады, но даже суда.

В народе разное толковали про пожар. Кто-то говорил о поджигателях, но большинство людей винили во всем бродяг, которые разводили костры прямо по центру улицы и, уходя, не собирались тушить их. Посадник принял новый закон, в котором запрещалось разводить костры на улицах города не в печах или кострищах. Многие жители города топились по-чёрному. Обычно это и было причиной пожаров, но с этим злом бороться было невозможно.

Князь Довмонт после похода вместе со своими ратниками и ополчением вернулся в Псков. Сказывали, что удатый князь получил несколько ран, но быстро поправился.

Новгород в этот год имел избыток в ратниках. Погорельцы, лишённые всего, с радостью шли в ополчение и надеялись мечом вернуть себе богатство. Те, кто вернулся из похода с Довмонтом, стали богатыми. Куда менее радостные вести пришли из-под Раковора. Там ещё одна новгородская рать под командованием тысяцкого Кондрата осадила этот город, но взять его не смогла. Раковор принадлежал датчанам, и те не собирались его сдавать.

– Князь Юрий Андреевич, – начал посадник Михаил Фёдорович, – тут дело такое. Люди наши после пожара очень сильно в средствах нуждаются. Посему надо рать собирать и под Раковор отправлять. Тысяцкий Кондратий один там не справится.

– Михаил Фёдорович, так ведь ежели Раковор штурмом брать надумаем, то потери огромные понесём. Нельзя крепость эту штурмом брать. Только измором.