Тюремная энциклопедия

Симулируя глухоту, клали в ухо смесь из травяного сока, меда и гнилого сыра. Сыр, разлагаясь, вытекал наружу жидкостью, по запаху и белому цвету похожей на гной.

Порошком, который остается в древесных дуплах после червей, дули в глаза желающему симулировать бельмо, которое, однако, скоро проходит. Хороший флюс для арестантской практики тоже дело не мудреное – стоит наделать внутри щеки уколов иголкой, пока не хрустнет (но не прокалывать насквозь), а затем, зажав нос и рот, надувать щеку до флюса: щека раздуется, покраснеет, и это похоже на рожистое воспаление. Чтобы вылечиться – стоит проколоть щеку снаружи насквозь и выпустить воздух. Стягивая под коленом кожу в складки (с захватом жил) и продевая сквозь эти складки свиную щетину на иголке, добивались искусственного све1сния ноги – щетина оставалась в жилах. Распарив ногу в бане и вынув щетину, можно и в бега уйти. Из нерчинских каторжных тюрем, да и вообще из тюрем Восточной Сибири и Сахалина побеги совершались очень часто и в огромном числе.

А.П. Чехов. «Остров Сахалин»: «Три надзирателя… приходятся на 40 человек… В тюрьмах много надзирателей, но нет порядка. Почти каждый день в своих приказах начальник острова штрафует их, смещает на низшие оклады или же совсем увольняет: одного – за неблагонадежность и неисполнительность, другого – за безнравственность, недобросовестность и неразвитие, третьего – за кражу казенного провианта… а четвертого – за укрывательство, пятый, будучи назначен на баржу, не только не смотрел за порядком, но лаже сам подавал пример к расхищению на барже грецких орехов, шестой – состоит под следствием за продажу казенных топоров и гвоздей…

Надзиратели во время своего дежурства в тюрьме допускают арестантов к картежной игре и сами участвуют в ней: они пьянствуют в обществе ссыльных, торгуют спиртом. В приказах мы встречаем также буйство, непослушание, крайне дерзкое обращение со старшими в присутствии каторжных и, наконец, побои, наносимые каторжному палкой по голове, последствием чего образовались раны…

Ссыльное население не уважает их и относится к ним с презрительной небрежностью».

А между тем жалованье надзирателя составляло в то время 480 рублей, причем через какие-то сроки оно постоянно увеличивалось на треть и даже вдвое.

Для сравнения: жалованье школьного учителя в те же годы было 20–25 рублей.

В России на 1906 год – 884 тюрьмы.

ИЗ ОТЧЕТА ГЛАВНОГО ТЮРЕМНОГО КОМИТЕТА ЗА 1883 ГОД ПО ПРОВИНЦИАЛЬНЫМ ТЮРЬМАМ:

«Седлецкая рассчитана на 207 мест, фактически заключенных – 484.

Сувалкская 165 – 433.

Петроковская 125 – 652».

Вообще во всей Сибири на 1900 год должно было находиться 310 тысяч людей, сосланных туда за различные преступления и правонарушения, но из этого числа по меньшей мере треть, то есть около 100 тысяч, было «в бегах». Они в основном оставались в той же Сибири, но бежали с мест приписки, бродя– «. жили, воровали, порой грабили и убивали местное 1 население.

Процент ссыльных, которые находились «в безвестной отлучке», был чрезвычайно высок, но в некоторых областях, к примеру – в Амурской и Приморской, из каждых ста ссыльных бежали до 70–80 человек.

Касты

В дореволюционных тюрьмах и на каторге к началу XX века сложилась довольно строгая иерархия среди заключенных. Власть в тюрьме принадлежала тюремным «иванам» – ее аристократам, старожилам. От их воли напрямую зависела судьба каждого тюремного сидельца. Заслужить высший титул можно было только преданностью своей профессии, многократным отсидкам. «Иван» ловок, зачастую умеет увернуться от всякой кары. С ним считается тюремное начальство. Он – властелин тюремного мира, и только ему принадлежит право распоряжаться жизнью или смертью сидельцев.

Второе сословие – «храпы». Эти всегда и всем возмущаются, все признают неправильным, незаконным и несправедливым как со стороны администрации, так и со стороны сотоварищей. От них главным образом исходят всякие слухи и сплетни. Ничто так не умиляет их, как какой-нибудь конфликт в тюрьме. Чаще всего они их и затевают, но при этом сами уходят в тень. Многие из них сами хотели бы быть «Иванами», но у них не хватает для этого необходимых личных качеств.

Третье сословие – «жиганы». Мошенники, насильники, проигравшиеся в карты и т.д.

Четвертое сословие – «шпанка». У этих в тюрьме не было никаких прав, одни обязанности. Они вечно голодные и всеми гонимые. Их обкрадывали голодные жиганы, их запугивали и обирали храпы. Случайно попавшие в тюрьму, они были не способны к объединению, а отсюда и соответствующее к ним отношение.