Тьма на рассвете. Возникновение криминального государства в России

Однако в апреле Бурбулис, который поддерживал Черногородского, был смещен с должности первого заместителя премьер-министра и заменен Гайдаром. Чубайс стал заместителем Гайдара. С устранением Бурбулиса политическое равновесие изменилось, и Ельцин принял позицию Гайдара и Чубайса. В начале июня речь уже не шла о соблюдении справедливых правил конкуренции. Все внимание было поглощено быстрым созданием частного капитала.

К июню 1992 года отношения Черногородского с коллегами по работе претерпели серьезные изменения. Вместо содействия в работе коллеги стали считать его препятствием на пути к реформам. Ежедневно происходили конфликты с Антимонопольным комитетом. Черногородский оспаривал попытки захвата власти в предприятиях и создания дочерних фирм, но они получали одобрение и без его подписи, при прямом нарушении закона. Он пытался связаться с Гайдаром, но тот отказывался подходить к телефону. Черногородский писал письма Чубайсу, но ни на одно не получил ответа.

Когда страна готовилась к ваучерной приватизации, Черногородский понял, что даже Генеральный прокурор не желал принимать всерьез нарушения закона, производимые новыми российскими капиталистами. Антимонопольный комитет разделил территорию страны на 64 административных округа, но Верховный Совет одобрил бюджетное мероприятие, делающее местную администрацию ответственной за финансирование этих региональных округов. На этом закончилось действие Комитета в провинциях.

По мере роста злоупотреблений Черногородский мог лишь высказывать свои возражения. Он был убежден, что при отсутствии гарантий справедливой конкуренции реформы в России приведут лишь к росту преступности. Но это был глас вопиющего в пустыне, и было видно, что его коллеги теряют терпение. 18 июля он открыл свою почту и обнаружил копию президентского указа, освобождающего его от должности. После этого закончились попытки урегулировать процесс реформ изнутри самого правительства.

«Русские не любят резких перемен», — заявлял Владимир Иванов, бывший член Службы безопасности Президента. — По этой причине появление молодых реформаторов лишь способствовало росту негодования. Реформаторы болтали о «Чикагской школе» (колледж экономики свободного рынка при Чикагском университете). Многие россияне сделали из этого вывод, что, очевидно, эти реформаторы долгое время жили в Чикаго, а в этом случае их, по всей вероятности, заслали сюда как иностранных агентов.

Кроме того, реформаторы имели странные фамилии. Чубайс — родом из Прибалтики. Авен (министр внешнеэкономических связей в первом кабинете Гайдара) и Уринсон (директор Центра экономической конъюнктуры) — евреи. У Коха — немецкая фамилия. У Гайдара — нормальная фамилия, но он полный, лысый, весь покрывался потом и говорил на научном жаргоне. Никто из них не вызывал к себе симпатии.

Иванов, бывший работник разведывательного управления КГБ, после развала Советского Союза служил аналитиком в Службе Безопасности Президента под началом генерала Александра Коржакова, до тех пор пока разочарование во всех российских правящих кругах не заставило его подать в отставку и стать дьяконом в церкви Св. Николы в Хамовниках.

Иванов говорил, что отношение обыкновенных людей к реформаторам быстро ухудшалось, по мере того как изменения в экономике вели к росту коррупции.