Точка баланса. Как победить выгорание и стать счастливым

2005 год. Во Франкфурте собрались все директора по продажам из разных стран Европы. Я в то время работала директором департамента продаж и отвечала за Россию и страны СНГ. Топ-менеджмент концерна презентовал стратегию развития на следующие пять лет, представлял новую продукцию и требования по продажам от разных стран. Все директора напряжены, так как сильно завышен запрос на обороты по продажам, со многим не согласны, не верят, что смогут реализовать поставленные цели, есть претензии к высшему руководству, не вникающему в проблемы локального рынка, но никто их не обсуждает вслух. Практически все – в масках «успешных и позитивных», но внутри – страх и недоверие ко всему происходящему. Свое несогласие обсуждают только между собой, во время перерывов. Я тоже в недоумении, но, как новый руководитель, не имею смелости возразить.

И вот вечернее мероприятие. Все немного расслабились после выпитого вина. Рядом со мной сел один из высокопоставленных руководителей компании, и наконец-то появился шанс спросить: что же он думает о проблемах, которые существуют в разных странах и являются барьером для выполнения плана продаж. Почему все помалкивают, играя роль успешных бизнесменов, и никто открыто не обсуждает острые проблемы?

То, что я услышала в ответ, стало для меня большим сюрпризом.

– Извините, но так было и будет всегда, – в сердцах сказал собеседник. – Никто ничего не скажет, и с этим необходимо жить. Думаете, я не понимаю? И вообще – «My job is shit».

Думаю, перевод не требуется… Я была в шоке от обреченности и беспомощности, прозвучавших в его словах. Было ясно, что он сам со многими вещами не согласен, но все время скрывал истинные эмоции под маской уверенного человека.

Многие подумают, будто это была минута слабости для такого уровня менеджера, но, по моему мнению, наоборот, то был момент силы и истины. Потому, что именно в этот миг он был настоящим, позволил себе быть самим собой.

Ради чего же он все это терпит? И почему нельзя быть открытым и обсуждать то, что у тебя на сердце? Я спросила:

– Сколько времени вы проводите на работе?

– Дома я только сплю.

– И давно вы уже работаете так?

– Двадцать лет…

Наступила длительная пауза. Он все понял…

Либо мы еще в состоянии чувствовать, что кругом shit, – либо становимся частью происходящего, уже не замечая всего ужаса.

Я подумала: если он 80 % своей жизни пребывает в маске, не проявляя своих эмоций, чувствуя обиду, гнев и страх, какой смысл в этой успешной жизни? Ради чего он это все терпит?