Чудодейственное слово Иисуса Христа нельзя считать за внушение еще и потому, что слово это действовало чудотворно и при заочных исцелениях, и при исцелениях больных, находившихся в бессознательном состоянии, то есть действовало и в таких случаях, когда внушение (гипноз) совсем неприменимо.
Разбирая случаи исцелений, совершенных Иисусом Христом, мы замечаем, что по слову Его не только болезни оставляли больных, но и утраченные во время болезни силы мгновенно возвращались к исцеленным, а этого не могут достигнуть никакие лечения, никакие внушения.
Из тридцати пяти описанных Евангелистами чудес в пятнадцати случаях произошло исцеление от болезней, в одном — исправление прирожденного телесного недостатка и в шести — освобождение от злых духов; все эти двадцать два случая можно отнести к исцелениям. Исцелил Христос бесчисленное множество больных, такое множество, что описать все исцеления не было никакой возможности; поэтому Евангелисты ограничились лишь немногими случаями.
Исцелил Христос тещу Симона, которая была в сильной горячке. Он не сказал ей ни слова, и не сказал, конечно, потому, что она была без сознания и не могла бы ни слышать, ни понять сказанного ей. В других случаях, когда больные были в сознании, Христос всегда обращался к ним с каким-либо словом, большей частью властным, повелительным (например: «
встань и ходи! очистись! прозри!»); а тут подошел к больной, взял ее за руку и поднял с постели; и тотчас же
горячка... оставила ее, и она стала служить им (Мк. 1, 30-31; Лк. 4, 38—39; Мф. 8, 14—15). Сильная горячка, доведшая больную до потери сознания, должна была настолько обессилить ее, настолько истощить весь организм ее, что о какой-либо мускульной работе после исцеления нельзя было и думать; между тем исцеленная теща Симона, встав с одра болезни, тотчас же принялась за хозяйственные дела и стала служить за столом Иисусу и Апостолам. Этот случай исцеления особенно замечателен: здесь не могло быть никакого воздействия на волю и нервы больной, так как она была без сознания; даже неверующие не могут сказать, что тут действовали внушение или же исцеляющая вера больной. Поэтому следует признать, что в исцелении тещи Симона и в мгновенном восстановлении утраченных во время болезни сил действовала всемогущая сила Божия.
Нельзя приписать также ни внушению, ни «исцеляющей вере» и заочные исцеления сына царедворца (Ин. 4, 46—53), слуги сотника (Мф. 8, 5—13; Лк. 7, 1—10) и дочери хананеянки (Мф. 15, 22—28; Мк. 7, 24—30), а также не заочное исцеление у овечьей купальни расслабленного, страдавшего тридцать восемь лет (Ин. 5, 1 — 16). В первых трех случаях больные во время исцеления находились далеко от Иисуса, не видели Его, даже не знали Его, а потому и веровать в Его чудотворную силу не могли; нельзя было подействовать на них и внушением. Расслабленный же, ожидавший долгое время движения воды в овечьей купальне, видел Иисуса в первый раз, не знал Его даже по слухам и не мог назвать своего Благодетеля по имени, когда книжники и фарисеи спрашивали его:
кто Тот Человек, Который сказал тебе: возьми постель твою и ходи? так как Иисус, совершив чудо, тотчас же скрылся в толпе народа.
Поэтому рассмотренные нами пять чудес могут быть объяснены только действием творческой, всемогущей силы Божией.
В других случаях исцеления от болезней больные видели Иисуса и верили в Его чудотворную силу; но и тут исцеление не могло последовать от одной лишь веры в возможность исцеления или же от внушения, так как болезни были неизлечимы. Проказа до сих пор считается болезнью неизлечимой, а Христос одним словом Своим исцелил сначала одного прокаженного (Мф. 8, 2-3; Мк. 1, 40-42), а потом разом десятерых (Лк. 17, 11 — 19). К неизлечимым болезням следует отнести и
Остается рассмотреть еще один случай исцеления расслабленного, которого спустили на постели с кровли дома к ногам Иисуса (Мф. 9, 2—7; Мк. 2, 1-12; Л к. 5, 17-25). Исцеление произошло мгновенно от одного лишь повеления Христа: