Любовник, вышедший для брани,Оставил тирс коснеть в цветах,Не одолеть прозрачной тканиС одной небридой на плечах.Но дрогнул тирс — и песни страстнойПовиты таинством слова,И у любовницы прекраснойУже кружится голова.И тирсоносцу глянул в очиОдин вакхический экстаз,Дохнул навстречу шорох ночи,И дрогнул тирс в последний раз…С тобою тирса не забудуИ, в брань вступая, не солгу,Поверив будущему чудуЕще на этом берегу.
16 ноября 1901
Ворожба
Я могуч и велик ворожбою,Но тебя уследить — не могу.Полечу ли в эфир за тобою —Ты цветешь на земном берегу.Опускаюсь в цветущие степи —Ты уходишь в вечерний закат,И меня оковавшие цепиНа земле одиноко бренчат.Но моя ворожба не напрасна:Пусть печально и страшно «вчера»,Но сегодня — и тайно и страстноЗаалело полнеба с утра.Я провижу у дальнего краяРазгоревшейся тучи — тебя.Ты глядишь, улыбаясь и зная,Ты придешь, трепеща и любя.
5 декабря 1901
«Недосказанной речи тревогу…»
Недосказанной речи тревогуХороню до свиданья в ночи.Окна терема — все на дорогу,Вижу слабое пламя свечи.Ждать ли поздней условленной встречи?Знаю — юная сердцем в пути, —Ароматом неведомой встречиСердце хочет дрожать и цвести.В эту ночь благовонные росы,Словно влажные страсти слова,Тяжко лягут на мягкие косы —Утром будет гореть голова…Но несказанной речи тревогуДо свиданья в ночи — не уйму.Слабый пламень глядит на дорогу,Яркий пламень дрожит в терему.
6 декабря 1901
«Смотри приветно и легко…»
Смотри приветно и легкоВ глаза суровые разврата:В них — бесконечно далеко —Горит душа и ждет возвратаВ жилище прежних благ и бед,В миры молитвенных созвучий,Где всем таинственный ответДает Безвестный и Могучий,Кому покорны мы, жрецы,И те, кто проще, суеверней:Те — бедняки — из наших тернийСебе плетущие венцы.