Том 2. Русско-Ордынская империя. Книга 4

Ахиор — персонаж «промежуточный» между ассирийцами и ветилуйскими (то есть литовскими) израильтянами. Вероятно, Литвой, то есть Латинией, как называли в то время все западные латинские земли Империи. С одной стороны, Ахиор является военачальником Олоферна и возглавляет в его войске «сынов Аммона» (Иуд. 5:5; 6:5). С другой — он всячески отговаривает Олоферна от нападения на Ветилую = Литву и даже угрожает ему, говоря, что на стороне Израиля — их Бог, который покарает ассирийцев (Иуд. 5).

Речь Ахиора вызывает гнев Олоферна и ассирийцев. «Олоферн… сказал Ахиору… кто ты такой, Ахиор, с наемниками Ефрема, что напророчил нам сегодня и сказал, чтобы мы не воевали с родом Израильским, потому что Бог их защищает?.. И приказал Олоферн рабам своим… взять Ахиора, отвести его в Ветилую и предать в руки сынов Израиля» (Иуд. 6:12, 10).

Ассирийцы хватают Ахиора, связывают и передают его иудеям. Те встречают Ахиора очень приветливо: «И поставили Ахиора среди всего народа своего, и Озия (царь — Авт.) спросил его о случившемся… И утешили Ахиора и расхвалили его» (Иуд. 6:16, 20).

Между прочим, Острожская Библия несколько по-иному излагает обстоятельства побега Ахиора в Ветилую. По ней выходит, что Ахиор во время своей речи-монолога уже находится в Ветилуе. В самом деле, возмущенные речью Ахиора ассирийцы заявляют, что «егда поимани будут сильнии их (то есть израильтян в Ветилуе — Авт.), тогда и он (то есть Ахиор — Авт.) с ними же мечем прободен будет». И далее, сам Олоферн, разгневавшись, говорит Ахиору: «Егда побием их всех яко человека единого, тогда и ты с ними ассирийским мечем погибниши». Современный библейский канон здесь слегка подчищен редакторами. Почему-то они постарались затушевать то обстоятельство, что Ахиор вроде бы бежал в Ветилую до того, как обратился к ассирийцам с речью. Более того, современный канон искажает еще одно обстоятельство. По Острожской Библии, ассирийцы, отводящие Ахиора в Ветилую, подвергаются нападению пращников, обращаются в бегство и оставляют Ахиора одного. А современный канон представляет дело так, будто ассирийцы нападению не подвергаются, а намеренно оставляют Ахиора вблизи Ветилуи. Различие вроде бы невелико, но оно искажает смысл эпизода. По Острожской Библии, Ахиор фактически бежал от ассирийцев в Ветилую (то есть в Литву).

Таким образом, рядом с ассирийским главнокомандующим Олоферном оказывается влиятельный военачальник, как-то связанный с израильтянами, поддерживающий их и вскоре даже оказывающийся в их лагере.

Бегство князя Андрея Курбского в Литву

Пора четко сформулировать нашу гипотезу. В книге Иудифь достаточно ясно описано знаменитое бегство князя Андрея Курбского в Литву (XVI век). Напомним вкратце этот сюжет. Андрей Курбский был личным другом Ивана IV Грозного, пользовался его доверием, в полоцком походе «он командовал авангардом армии… Обычно на этот пост назначали лучших боевых командиров». Грозный приказал Курбскому отправиться в город Юрьев наместником. Он пробыл там год, «после чего бежал в Литву» (Р.Г. Скрынников). «Побег из Юрьева был делом исключительно трудным, и Курбский писал, что его самого „от гонения на своей вые [шее] вынесли верные слуги“». «Причиной спешки было то, что московские друзья тайно предупредили боярина о грозящей ему царской опале… [Царь] хотел было его наказать, но тот убежал за рубеж». Важно, что в письме к Курбскому Иван IV Грозный обвиняет его в противодействии завоеванию Германии: «Как же вы тогда испугались литовских войск, словно малые дети! А под Пайду же вы пошли нехотя, по нашему приказу, измучали войска и ничего не добились! Это ли ваши старания, так-то вы старались завладеть претвердыми германскими городами? Если бы не ваше злобесное сопротивление, то с Божьей помощью уже вся Германия была бы под православными».

Попутно заметим, что современные переводчики старорусского текста пошли на прямой подлог, пытаясь затушевать истинный смысл процитированного фрагмента письма Ивана IV. Дело в том, что в оригинале фраза, относящаяся к Германии, звучит так: «И тако ли убо претвердые грады германские тщалися утвержати (утвердити)». Из текста старого оригинала ясно видно, что речь здесь идет не о завоевании германских городов, а об их утверждении, то есть об установлении порядка, о подавлении мятежа в городах, уже, по-видимому, давно принадлежащих Империи. Современные комментаторы не могут, конечно, согласиться с тем, что Русь-Орда в XVI веке уже не первое столетие царила в Германии. И потому грубо меняют текст: вместо «утвердить» вставляют «завладеть». Надеясь, что не заметят.

Таким образом, князь Курбский — один из тех, кто мешает Ивану IV подавить мятеж в Европе. Он препятствует карательному походу. Иван IV Грозный отдает приказ схватить его, но в последний момент Курбский бежит в ту самую Литву, которую мешал завоевывать. Оттуда посылает Грозному свои известные письма. То есть как бы «говорит речь». Причем уже из Литвы, то есть из Ветилуи.