Том 2. Русско-Ордынская империя. Книга 4

С той поры как Романовы начали искажать русскую историю, им потребовалось отодвинуть в прошлое и постройку Иванова столпа. Но у всех на виду на высоте 80 метров под его куполом красовалась огромная надпись «из колоссальных золоченых медных букв», в которой прямо назван царь Борис и дата «совершения и позлащения храма» — 1600 год. Что было делать Романовым с этой датой? Совершенно ясно. «По смерти Годунова надпись эта была залеплена, но опять открыта по повелению Петра Великого» (И.К. Кондратьев).

Дальше — еще интереснее. Пока мы лишь имеем веские основания предполагать, что Московский Кремль был впервые построен во второй половине XVI века. Но что касается его связи с опричниной, с эпохой Есфири, с «восстановлением» Иерусалима (о чем мы говорили ранее), то новых подтверждений этому мы пока не получили. Тем не менее, они есть, и очень яркие. Прежде чем перейти к этому, обратимся к современным археологическим исследованиям Кремля. Что расскажут нам археологи о предыстории Москвы? Что тут было в XV–XVI столетиях? Дело в том, что в XIX–XX веках в Кремле велось много строительных работ, а потому велись раскопки. В результате сложилась довольно подробная археологическая картина строительства Кремля. Вот она.

«Материалы археологических раскопок и наблюдений, исторические данные и исследования позволяют следующим образом представить неведомое возникновение… и развитие первоначального поселения… на месте ядра города Москвы. Разместилось оно на Подоле, у подножия Боровицкого холма… Мыс самого Боровицкого холма был занят, вероятно, под огражденное капище… К середине IX века (якобы — Авт.) можно предположительно относить… возникновение крепкого града на Неглинной. Следы ранней, „новгородской“ системы… административного и войскового устройства сохранялись в Москве до XIV–XV веков… Новый период развития града на Неглинной… град на Неглинной, как центр боярского управления Москвою, вероятно, еще в новгородский период получил огражденное предградье… Внешний облик древнейшего града на Неглинной помогают раскрыть „Боровицкие“ наименования объектов Кремля. Если нанести их на план, то можно указать зоны былого леса» («Каменная летопись старой Москвы»). Все это археологи относят сегодня к IX веку. То есть к эпохе задолго до Юрия Долгорукого.

Но вот наступает XII век, когда Юрий Долгорукий начинает «заново» основывать Москву. Где он начинает закладывать город? Оказывается, снова на том же самом месте, в устье речки Неглинной. Как будто бы тут ничего ранее не было. Современные исследователи, наталкиваясь на этот факт, решают даже, что Юрий Долгорукий, вероятно, не основывал столицу, а лишь реконструировал ее. Так же, как, по их мнению, Иван Грозный «реконструировал» Москву на «ужаснейшем пепелище».

Но пойдем дальше. Что же делает Иван Грозный во время опричнины со своей столицей и дворцами, якобы «уже давно здесь стоящими»? Известно, что с началом опричнины Иван Грозный решает перенести столицу на новое место. Р.Г. Скрынников: «Сначала царь Иван задумал выстроить „особный“ опричный дворец внутри Кремля, но затем счел благоразумным перенести свою резиденцию… „за город“, как тогда говорили… За Неглинной в течение полугода вырос мощный замок. Его окружали каменные стены… Ворота, окованные железом, украшала фигура льва, раскрытая пасть которого была обращена в сторону земщины (как бы в угрозу остальной стране — Авт.). Шпили замка венчали черные двуглавые орлы. Днем и ночью несколько сот опричных стрелков несли караул на его стенах. Отъезд главы государства из Кремля вызвал нежелательные толки, ввиду чего Посольский приказ официально объявил, что царь выстроил себе резиденцию за городом для своего „государьского прохладу“. Она так и называлась — Замком на Неглинной».

Сразу скажем, что у современных историков здесь возникают существенные затруднения. Романовские «летописцы» вынуждают их верить, будто Иван Грозный, выйдя из ворот Московского Кремля, пересек неширокую речку Неглинную, остановился, задумался и решил устроить здесь себе роскошный загородный дворец «для прохладу». Именно здесь, у кремлевских стен, на берегу Неглинной, напротив Троицких или Ризоположенских ворот (Грязных, по Библии). На «расстоянии ружейного выстрела» от Кремля.

Место было действительно «подходящее». Здесь, вдоль берега Неглинной, раскинулась обширная городская свалка. Потому и назывались выходящие сюда ворота Кремля — Грязными или Навозными (по Библии). «Лучшее» место для загородной резиденции трудно подыскать: «С этой стороны подле Кремля протекала мутная и грязная Неглинная, берега которой были очень неблагообразны и всегда завалены нечистотами, так что место нынешнего кремлевского сада оставалось одним из самых неприглядных» (И.К. Кондратьев). «Это было самое болотистое место из всех по течению Неглинной». Странные вкусы были у царя Ивана, если внимать романовским историкам. А если поверить не им, а здравому смыслу?