Том 2. Русско-Ордынская империя. Книга 4

По-видимому, чтобы провести «этнически-языковую» границу между болгарами и русскими. Ведь сам по себе уже тот факт, что вплоть до XVIII–XIX веков в Болгарии и на Руси был практически один и тот же язык, явно противоречил скалигеровской истории. Которая утверждала, будто болгары и русские уже за много сот лет до этого представляли собой разные народы. Но тогда как же им удавалось так долго сохранять практически единый язык? Уже одно это способно вызвать глубокие сомнения в справедливости скалигеровско-романовской версии истории Балкан. Поэтому мы и выдвигаем гипотезу, что реформа болгарского языка (XVIII–XIX веков) была проведена сознательно, чтобы по возможности скрыть это вопиющее противоречие.

В нашей реконструкции-гипотезе объяснение всему этому следующее. Болгары, пришедшие на Балканы в результате османского-атаманского завоевания, в XV веке просто были русскими. И говорили, естественно, на старорусском языке. До XVII века связи Балкан с Русью оставались очень тесными. Поэтому язык долго оставался практически одним и тем же. Что мы и наблюдаем, кстати, в отдаленных друг от друга частях России.

Конечно, для других областей Великой = «Монгольской» империи, которые оказались более прочно изолированными от Руси-Орды, ситуация могла сложиться по-иному. В этой связи отметим следующее. Вероятно, язык медленнее всего меняется там, где он зародился. Здесь — большие массы однородного населения, язык эволюционирует медленно. Но вот отдельная языковая группа, оказавшаяся вдали от родины (например, атаманское войско), попадает в чуждую лингвистическую среду. И естественно, ее родной язык начинает принимать новый вид существенно быстрее под влиянием иноязычного окружения. Вероятно, нечто подобное произошло с ордынскими войсками, пришедшими в XIV–XV веках в Египет, в отдаленные области Западной Европы, в Китай и т. д.

Мы уже говорили о том, что, насколько можно судить по доступным нам документам, староболгарский язык, по-видимому, практически совпадает со старорусским периода XVI–XVII веков н. э. Во избежание недоразумений поясним, что мы говорим здесь именно о старорусском, а не о церковнославянском языке. Последний отличается от старорусского и является, по-видимому, мертвым литературным языком, предназначенным лишь для Священного Писания. Считается, что болгарские (или македонские) просветители Кирилл и Мефодий создали церковнославянскую письменность именно для перевода священных текстов с греческого на славянский. Но из этого не следует, что болгары реально говорили на церковнославянском языке и староболгарский язык — это церковнославянский.

И действительно, читая «Именники Болгарских Ханов», фрагменты староболгарских текстов и др., мы ясно видим, что язык этот — не церковнославянский, а старорусский. Вот, например, текст староболгарской добавки к Летописи Константина Манассии: «Ей царю всеми царствуяй, сицеваго приемшу светла и светоносна царе, великаго владыку и изряднаго победоносца, корене сьща Иоана преизящнаго царе влъгаром Асене». Отечественный читатель, хотя бы немного знакомый с русскими текстами XVII и начала XVIII века, без труда поймет этот староболгарский текст как русский текст. Кстати, болгары названы в нем «волгарами».

А вот современный болгарский перевод вышеприведенного текста. «Царю, царствуващ над всинки, като има такьв светъл и светоносен цар, великия владетел и изряден победоносец, от корена напреизящния Иван Асен, царя на българите». Как видим, он дальше от русского (даже современного), нем староболгарский.

Рис. 80. Вставка староболгарского текста в современный болгарский. Видно, что староболгарский язык практически не отличается от старорусского. Любой человек, знакомый с русскими текстами XVII века, без затруднений прочтет его. В то же время современный болгарский — в том числе и современный болгарский перевод этого старого текста — вызовет у современного русского читателя определенные трудности.

О смысле слов «османы»-«атаманы» и «турки»