Том 2. Русско-Ордынская империя. Книга 4

Бедствие первое. Якобы вода в Египте превратилась в кровь. «Всякое вместилище вод их… превратятся в кровь, и будет кровь по всей земле Египетской и в деревянных и каменных сосудах» (Исх. 7:19). Из этого описания сложно понять, о чем идет речь. Поэтому обратимся к более подробному изложению этого эпизода у древнееврейского историка Иосифа Флавия в его «Иудейских древностях». Отметим, что эта известная книга в действительности является несколько другим изложением той же Библии, точнее, ее Ветхого Завета. Флавий пишет: «Вода в реке обратилась в кровь… при этом вода не только по цвету стала похожей на кровь, но и по качеству своему… но таково было действие ее лишь по отношению к египтянам, для евреев же она оставалась сладкой и вполне для питья пригодной и нисколько не изменялась в своем составе». Нельзя не отметить, что слова Флавия как иудейского автора о превращении воды в кровь у неиудеев — в то время как у иудеев такого не происходит — легко и, по-видимому, однозначно объясняются. В самом деле, превращение вина, смешанного с водой, в кровь — хорошо известное таинство христианской церкви. В то же время иудейская церковь его не признает. Скорее всего, библейский средневековый летописец XVI–XVII веков н. э. добросовестно пытался понять старый текст, относящийся к спору между христианскими и иудейскими богословами о превращении вина и воды в кровь во время христианского причастия. Обряд этот хорошо известен и до сих пор практикуется в христианской церкви. Однако средневековый летописец, по-видимому, находился уже под влиянием сделанной чуть ранее хронологической ошибки, отнесшей события Исхода в глубокую древность. Когда якобы никакого христианского причастия и в помине не было.

В результате возникло замысловатое библейское описание «первой Египетской казни». Мол, египтяне «страдали» оттого, что им приходилось пить воду, превращенную в кровь будто бы в буквальном смысле. В то время как иудеям пить такую воду не приходилось. Вот и получилась «казнь».

Между прочим, обратим внимание на одно любопытное обстоятельство. По Библии, «первая казнь» оказывается даже как бы и не казнью. Дело в том, что сразу после описания «казни» Библия сообщает: «И Волхвы египетские чарами своими сделали то же» (Исх. 8:22). То есть воду превращали в кровь египетские Волхвы, то есть священники. Совершенно ясно, что речь здесь идет не о реальном бедствии, а о каком-то церковном действе. По-видимому, о причастии, совершавшемся в египетских христианских церквах.

Отметим, что последующие «казни», начиная с третьей, описаны как реальные стихийные бедствия: египетские Волхвы уже не могут «повторить» их вслед за Моисеем. Что, естественно, снимает некоторую странность библейского рассказа, когда Волхвы стремились якобы из всех сил превзойти Моисея в насылании бедствий на Египет. Эта странность возникла вследствие непонимания позднейшим автором старого рассказа.

Итак, по-видимому, отсюда можно предположить, что Египет времен Исхода — это христианская страна, где в христианских храмах совершается причастие. Это описание хорошо подходит к Руси-Орде XV века, где в церквах причащали вином, смешанным с водой.

Комментарий. Мы воспользовались книгой Иосифа Флавия как дополнительным источником информации о библейских ветхозаветных событиях. И увидели, что текст Флавия, рассказывающий практически о том же самом, что и Библия, оказался более информативным. Из повествования иудейского автора становится ясно, в чем заключалась суть «первого бедствия». Есть и другие случаи, когда у Флавия много реальных и интересных подробностей, которые в Библии отсутствуют. Встречаются примеры и противоположного характера, когда Библия более четко описывает картину, а Флавий ее явно не понимает. И все же книга Флавия является не более чем иным изложением того же Ветхого Завета. Та же последовательность изложения, те же события, те же персонажи. Очевидно, перед нами не два различных рассказа об одной и той же эпохе, а два варианта одного текста. Первый — архаичный. Это — Библия. Другой написан в свободной изящной манере, характерной для текстов эпохи Возрождения XV–XVII веков н. э. Это — Флавий.

Могут заметить: Флавий попросту все списал с древней Библии. Переписал старую рукопись, «освежив» ее в духе эпохи Возрождения. Однако сравнение текстов показывает, что такой вывод ошибочен. В книге Флавия мы находим много новых подробностей. И они не придуманы, они, как мы теперь понимаем с точки зрения новой хронологии, отражают существо дела. В отдельных случаях его текст понятнее якобы «старого библейского». Причем не оттого, что язык более ясен, а потому, что книга иногда содержит больше информации, которой нет в Библии.